Христос воскресе!
Сегодняшнее Евангелие можно было и не читать, потому что мы с вами все прекрасно знаем эти зачала, и вообще в целом Евангелие читаем просто по инерции, потому что когда-то не было у каждого в телефоне приложения «Библия», не было у каждого дома Библии, и приходилось зачитывать, чтобы люди были ознакомлены с текстом. Но мы, более того, знаем этот текст, мы могли бы просто говорить «исцеление расслабленного у купели», и все бы понимали, о чём идёт речь.
И вот, удивительны эти рассказы, всё Евангелие так устроено, что не каждый доберётся до его сути, потому что его суть не звучит. Смотрите: исцелел вот этот расслабленный, а кому он нужен в принципе? Дальше кто за ним следит? Кто интересуется, как он дальше жил? Да всё равно, как он жил. Воскресла Тавифа — и что дальше? Да неинтересно рассказывать. Воскрес Лазарь, воскрес отрок Наинской вдовы, воскресла дочь Иаира — все повоскресали. А что дальше? Ведь самое главное — они дальше жили, ведь жизнь — это самое главное. «Нет!» — говорим мы. Ведь мы же обезьянки, и у нас очень хорошо прописаны мощные паттерны выживания, мы реагируем на другое, не на жизнь, мы реагируем на то, что позволяет нам выжить, размножиться, достичь, избежать. А вот после того как мы выживем, размножимся, что мы будем делать? Мы не знаем, что делать. Нам не дано понять, что такое жизнь, вот почему проповедь Христа остаётся непонятой.
Когда Христос проповедует: «Посмотрите на полевые цветы, они ведь так прекрасны», «не заботьтесь о завтрашнем дне», когда Он говорит: «вы мои ученики просто потому, что любите друг друга и не различаете праведников от грешников, рабов и свободных, мужчин и женщин — это не важно», — Он проповедует жизнь. А мы с вами настроены на выживание, к сожалению. И, знаете, жизнь по своей природе гораздо примитивнее, гораздо проще и гораздо глупее, чем способы её сохранения, улучшения или даже осознания.
Дело в том, что мы-то обезьянки, и мы реагируем на опасность, и когда нам говорят: «Спасайтесь! Христос вас спасёт!» — о, мы уже в своей среде, мы понимаем, у нас есть способы реакции на то, как бы спастись. Бог говорит Аврааму: «Тебе нужна религия?» — «О чём ты говоришь? Какая религия?» — «А тебе дети нужны?» — «О, дети? Да!» — и пошёл Авраам верующий вслед за Богом, потому что ему нужны были дети, через детей он хотел получить власть и как-то жить дальше. А вот это Евангелие упускает самую жизнь, жизнь-то она в другом зачале. У того же Иоанна Христос говорит: «Я пришёл для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком» (Ин.10:10).
Что такое «жизнь с избытком»? Это когда в жизни есть то, чего могло бы и не быть, оно в принципе не нужно, знаете, как какие-нибудь дополнительные сандальки, юбочки или игровая приставка. В принципе, и так хорошо, но можно ещё и вот это — это и есть жизнь, когда нам не нужно выживать. С точки зрения выживания жизнь — это деградация, а с точки зрения жизни выживание — это суета сует. И в нас эти два полушария трутся (я имею в виду верхние, которые не трутся), они борятся между собой — мы за жизнь или за выживание? И выживание хэйтит жизнь. Вот эта обычная история: если вам дать миллион долларов, тысячу лет жизни, что бы вы делали? Мы бы деградировали, красиво, со вкусом. А что бы сказало то, что мы сейчас называем жизнью? — «Да ты просто разлагаешься! Надо же учиться, надо же молиться, спасаться!» А что бы сказала жизнь? «Это всё суета… Умирают учёные, к сожалению, умирают шахтёры, боксёры, режиссёры. Какой смысл в том, что человек был актёром, режиссёром, заработал сто тысяч, или две тысячи? Нет смысла в этом». Так судит жизнь выживание, а выживание судит жизнь как деградацию.
И мы — христиане. Это означает, что мы пошли за малым. То, что малое в нашей психике — это не выживание. Узкая тропа — это жизнь, это умение не выслуживаться перед Богом, а просто быть рядом с Ним. Не пытаться что-то изобразить в своей жизни и умереть красиво, а просто побыть. Это же не звучит, правда? Но это потому что вы Евангелия наслушались, но Евангелие в основном про чудеса, которых нет, про истории, которые никогда с вами не случатся. А я вам про жизнь, которая уходит между пальцами, как тот живчик из анекдота. И в результате мы её теряем.
В результате мы оказываемся тем самым расслабленным, возвращаясь к библейскому тексту, который лежал-лежал 38 лет, а когда стал ходить — он исчез из повествования, он уже неинтересен. Мёртвая Тавифа — о, про неё мы расскажем, покажем, какие она делала вещицы, ещё что-то. А как воскресла — кому она нужна? Что она там делала дальше? Дальше неинтересно, потому что она сидела, ела пирожки, пукала и улыбалась, вот и всё. Это и есть жизнь. Тавифа вам нужна? Нет, нам нужно воскресение! А что такое воскресение? Это преодоление смерти, это вырвали из пасти смерти мы эту Тавифу, вот это интересно нам, а ещё какой-то расслабленный. Мы избавляемся, мы достигаем, мы ставим рекорды, мы ходим по водам. А зачем? Ну, дошёл ты по водам, и что ты дальше делал? Дальше неинтересно, вы пробуйте по водам пойти. Евангелие устроено как тысяча колонн, а в центре — булочка с маком. И мы пока дойдём до этой булочки… «какие колонны, сколько они выдерживают веса, вверху какая-то апсида, какой купол! Мощь, мощь!» А что он даёт? Булочку с маком даёт, а для нас это ерунда. И мы остаёмся без булочки с маком, вот, в чём весь трагизм ситуации.
Так что пусть мы следуем дальше за этим расслабленным. Мы тоже как расслабленные, которые теперь уже не расслабленные, у нас есть ручки-ножки, у нас есть зрение, у нас есть возможность говорить, слышать, слава Богу. Вот теперь будем жить.
ПОСЛЕ ОТПУСТА:
Я вчера был на море, на побережье, и там была такая погода, что волны бились о берег, и брызги шли. И взрослые, и дети были возле этих брызг и радовались. Конечно, они все про всё это забудут, но это и есть жизнь. Да, она примитивная, на уровне того, как играются панды. Если бы предположить, что у каждого из них была какая-то история спасения, кто-то выжил после комы, кто-то катапультировался без парашюта и выжил, кто-то вообще воскрес из мёртвых, а кто-то победил в себе рак, или два рака, то о чём бы мы с ними говорили, как вы думаете? Ну конечно, об этом. А когда он стоит, смотрит в море и лижет мороженое, например, оно же неинтересно. У нас спектр интереса эволюционный. Если наш собрат победил рак, то мы, боясь этого, будем его спрашивать об этом. Если кто-то избежал пасти льва или чудом что-нибудь преодолел, или достиг, или стал миллиардером, мы его будем об этом спрашивать. А ради чего это всё, мы не будем спрашивать. А всё это было ради того, чтобы купить семечек, сесть возле моря и лузгать их, подлетают чайки, а вы им не даёте — вот это и есть жизнь. Это то, ради чего существуют все эти способы выживания.
Христос, когда проповедует, Его невозможно принять, потому что, когда мы говорим в диаде секулярность-религиозность, Его проповедь выглядит как секулярная. Когда мы говорим «величие» и «обыденность», Его проповедь выглядит как обыденность. И когда мы говорим «спасение», «избавление» или «Бог», или «слава» — всё это никак не помещается в проповедь Христову. Проповедь Христова заключается в том, что Он берёт простой хлеб и говорит: «Вот это и есть тело Моё», а вино, которым потчевался тогда средний класс (они же ведь не были богатыми) — «Это и есть кровь Моя». И может быть, стоило хотя бы один день в неделю проводить, как панда, в полной беспечности, а приходя в церковь, заряжаться проповедью беспечности, проповедью того, что Бог нас всех обнимает, и если вы хотите пострадать, Бог за вас уже пострадал. Научитесь жить, а страдать — кроты тоже страдают, и гусенички, особенно, когда их какая-нибудь птичка хватает — такая обречённость, бессмысленность жизни, всё в этом фрагменте. Смотрите «Animal Planet» и будете вдохновляться тем, что жизнь неуловима. Чтобы её проповедовать, нужно иметь этот цимес.
И вот получилось, что Господь наш Иисус Христос оказался в кругу обычных людей, которые озабочены выживанием, и они превратили Его проповедь жизни в проповедь выживания. И теперь Сам Христос превратился из Того, с Кем можно просто посидеть покушать, в Того, Кто спасает людей через то, что с Ним надо кушать. Вот это то, что я имел в виду.
получился гимн посвященный прозябанию жизни
Потрясающая проповедь! Спасибо 💜