Сегодня мы читали целых четыре послания: и Златоуста, и патриарха Кирилла, и блаженнейшего Онуфрия, и высокопреосвященнейшего Агафангела. Мы читали послания святителей и их спичрайтеров для того, чтобы насытиться этим торжеством, но человеческое слово не может передать этого, потому что Бог общается с человеком не только на языке человеческом, не только на языке слов, но где-то на языке какого-то вот ощущения, что так должно быть.
Самый главный ответ, который мы слышим в воскресенье, это ответ на вопрос о смерти. Человек умирает, и это очень, очень несправедливо, потому что человек, даже хороший, даже насыщенный днями, всё равно не должен умирать. И это Божий ответ на то, что по ту сторону смерти Он ждёт нас славным Своим Воскресением, по ту сторону нашей дряблости, старости, неинтересности, ворчливости всё равно нас встречает Господь Бог и говорит, что этот диалог, который Он начал, Он его продолжит, потому что объяснение Его Воскресения всегда повисает в воздухе. Очень везло апостолу Павлу, он думал, что скоро воскреснут все остальные, но нам не так уже просто ответить на этот вопрос.
Почему Христос воскрес? Если брать по факту, то похоже на то, что Он воскрес для того, чтобы продолжить диалог с человеком. Продолжить диалог, прежде всего, с Его учениками, вот почему Он не явился Каиафе, Пилату, и ещё всяким другим людям хорошим. Просто потому что с ними не было такого диалога, который бы Он хотел продолжить. Но когда Он воскресает, Он продолжает беседовать. И, конечно же, воскресает Он на языке иудейском. Он показывает им Своё тело, доказывает им, что-то кушает, как-то пытается донести о том, что это не их фантазии, это настоящее продолжение диалога.
И вот когда человек увядает, когда его покидают его способности, его внешность, его окружение, его образ мира и, в конце концов, его собственная жизнь, вот тогда он должен помнить и знать, и чувствовать, и переживать, что Воскресение Христово — это на иудейском языке означает «Я с тобой, потому что люблю тебя», «Я с тобой, потому что только так Я могу быть с тобой». Иудей это понимал, он кивал и говорил: «Да-да, скоро революция, мы будем править всем миром». Христос говорит: «Да нет, не это Я имел в виду, но ты тоже прав. Наверное, что-то в этом есть».
И праздник сегодняшний — это праздник, который обращён внутрь нашего страха, страха смерти, внутрь нашего беспокойства о нашем оскудении, о нашем отупении, о том, что мы будем неинтересными. Это так и будет. Или уже есть.. Надо заканчивать эту проповедь, потому что это начнётся раньше, чем я думал 🙂 Так вот, по ту сторону всех этих наших страхов и беспокойств стоит Христос и говорит: «Войдите в радость Господа своего». Он уже радуется об этом, Он о чём-то радуется, Он что-то знает. А мы знаем только то, что мы грешны, мы знаем, что нам стоит беспокоиться о чём-то, нам стоит чего-то бояться, а Он знает о чём-то другом и ждёт нас с радостью. И сопребывает с нами сегодня в радости. Так что Христово Воскресение не когда-то где-то куда-то, а оно всегда и с нами, потому что человеческое существо и в первом веке в Палестине, и в двадцать первом веке в Одессе всегда одинаковое. И ответ Христа, и наш диалог с Богом всегда одинаковый, и мы говорим: «Господи, а Ты видишь меня по ту сторону всего, что я имею?» Он говорит: «Да, конечно, Я буду с тобой, Я буду продолжать с тобой общаться». И вот это благовестие и есть благовестие Христова Воскресения, наша природа не оставлена, как природа ландышей или нарциссов, или ещё каких-то прекрасных цветов. Они иначе живут, они живут, потому что повторяются, а человек не повторяется, поэтому ему нужно иначе жить.
И концовка такая: поэтому в этот день мы святим пасхи 🙂 Сейчас мы идём в коридор, и кто чем богат, тот тому и рад, мы освящаем всякую открытую душу. Если у человека открытая душа, то и слава Богу, а если он что-то принёс на освящение, то и тоже хорошо. Себе освятит, своим знакомым, родственникам, что-то нам оставит. Мы, кстати, накрываем стол из того, кому что не жалко, кто что принёс, мы разговляемся и начинаем новый период. Новый период, может быть, духовного ритма. Всё-таки Великий пост — это другой ритм. Кто как постился, я не спрашиваю, я говорю о том, что всё-таки это очень важный переход, и мы начинаем жить иначе, и дай Бог, чтобы мы жили иначе, но тоже вместе. Спаси Господи всех! Христос воскресе!