Сегодняшнее зачало говорит о чудесном чуде и об ужасной несправедливости. Жизнь устроена так, что можно всю жизнь смотреть на то, как другие получают блага, а самому не успевать это схватить. И вот человек, который 38 лет лежал у купели, не только страдал от того, что он расслаблен, но, наверное, страдал ещё от того, что каждый год видел счастливчика, который выходил из воды со здоровым телом, и, радуясь, уходил из этой купели. Это, конечно, несправедливо. Жизнь так устроена, что этому человеку только и оставалось, что лежать и унывать.
Это зачало построено из двух отрывков, которые совсем не дружат друг с другом. Первое — это встреча Христа у купели, и второе — это беседа в Храме с этим же расслабленным. Если в первом случае расслабленный был просто несчастен, то во втором случае он уже виноват. Поэтому между двумя этими отрывками есть большая дистанция, смысловая дистанция. Они вообще из разных вселенных, они для разных целей составлены. И мы с вами — люди, которые находятся в период между первым и вторым отрывком. Бог не только воскресил нас, дал нам жизнь, но ещё и спрятался от нас. Он остался неизвестным.
И самое главное место в этом зачале как бы упущено, его нет. Это то место, когда расслабленный пожаловался Христу, а Христос ему должен был сказать… Ну, расслабленный говорит Ему: “Всё хорошо, но только нет человека, который бы меня бросил туда, и я бы успел. А то каждый раз, когда я слезаю в воду, я не успеваю”. И здесь две версии. Или Христос сказал: “Так Я и есть этот человек, сейчас Я тебя и вылечу”, или Он сказал: “Тебе и не нужен этот человек. Встань и ходи”. Так вот, если мы задумаемся, что именно там было, то, конечно, станем на второй вариант, потому что первый только умножает несправедливость. Представьте себе, Христос говорит: “Ну так вот Я и есть этот человек, вставай и иди”. Ну так, а почему Ты к другому не подошёл? Та же ситуация. Другой рядом лежит и говорит: “А как же я?” Тот говорит: “Не твой день, мужик, лежи дальше”. Вот этот ангел несправедливый какой-то, ангел, раз в год исцеляющий только одного, а второму говорит: “Увы, не получилось”, и этот же ангел в качестве Иисуса не может поступать так же.
Вся суть в этом чуде, в том, что Христос остаётся анонимным. Он приходит и говорит: “Тебе не нужен человек, ты сам встань и ходи”. И получается, как в том анекдоте про парковку: Господи, дай мне место припарковаться. Уже не надо, спасибо, Господи, я сам нашёл. Но это же та же самая ситуация. Мы находимся в ситуации, когда он уже исцелел, вот этот расслабленный, но ещё не знает, Кто его исцелил. Он не знает этого человека. Иисус намеренно уклонился, Он намеренно остался инкогнито.
Во втором кусочке этого зачала Иисус уже декларирует его вину. Получается, он расслаблен за какие-то грехи, а, стало быть, все, кто ходит ровно, они менее грешные. Он называет ему Своё имя, то есть ведёт Себя совершенно иначе, как бы для других целей.
Но вот мы, я думаю, — это те, кто понимает примерно, что есть Некто, Кто дал нам эту радость жизни, но Бог остаётся в тысяче случаев для нас инкогнито. Мы всё равно не узнаём многих моментов, иногда говорим: “вот я встал”, “я сделал”, “у меня получилось”, “мне удалось”, “а вот я такой”, “а вот я такая”, и так далее, как бы как в том анекдоте про парковку. Или как в этом случае, когда человек говорит: “Ну я не знаю, почему я хожу, а другие лежат. А я вот хожу”. Но мы подозреваем. У нас есть подозреваемый. И подозреваемый — это Господь наш Иисус Христос. И Он открылся этому человеку, как бы снасильничал его, Он дал ему… Во второй части Он продал своё чудо за безгрешность, типа: “Я тебя исцелил, а теперь веди себя ровно, а то тебе хуже будет, заболеешь ещё раз”. Ну и вы думаете: “Ну да, теперь я буду это делать”. Это совсем другая игра, это совсем другое зачало, совсем другая идея.
А мы находимся на пути к этому, мы ещё толком не узнали нашего Господа. Он ещё на самом деле анонимный. Мы только слышали где-то что-то, да, да, наверное, это Он дал нам такое зрение, 3D-изображение, дал нам такое вкусовое впечатление, впечатление от жизни, Господи. А сами думаем: “Ну так и у козы моей тоже вкусовые впечатления”. На уроках биологии нас научили, что у всех такое — оно само собой. И мы, как этот исцелённый, который ещё не встретил Христа в Храме, но уже знает, что это Христос. И дай, Боже, чтобы у нас хватало большого сердца благодарить Бога, который даёт нам неведомые чудеса, невидимые. Там, где Он сто раз от нас-то ушёл. Ушёл, не показавшись, что это Он. И не только от нас, но и от наших друзей, от наших знакомых. Он никому не показался, но зато всех исцелил. Христос воскресе!
После отпуста:
У нас сегодня ещё и праздник, День святой мученицы царицы Александры. В мученичестве есть, знаете, какая-то такая завершённость. Мученичество — оно цельно, оно закончено. А жизнь наша не закончена, не определена. Мученица царица Александра, как и великомученик Георгий Победоносец, завершают свою жизнь так цельно и окончательно. А мы, даже умирая, всё ещё оставляем за собой вереницу вопросов, всё ещё для нас не ясно. В мученических актах всё ясно, там Божья помощь ну совершенно очевидна. А вот в жизни обычных людей оно не так.
Я думаю, что Бог от нас иногда прячется, знаете, для чего? Для того, чтобы мы больше внимания друг на друга обращали. Если Бог появится среди нас, знаете, как описывается в первой главе Откровения — в таких одеждах блестящих, и ноги Его как топазы, из уст Его исходит острый меч, и всё такое, — мы как прилепимся к Богу и забудем, что существуют Александры, Георгии и ещё много прекрасных людей. И, может быть, Бог такой неуловимый просто потому, чтобы мы, вот так оставаясь друг с другом, как на необитаемом острове, обратили внимание на то, ЧТО есть ещё человек помимо того, что Бог на него смотрит. И неслучайно в сегодняшнем Евангелии, даже во второй его части, Бог, поговорив с расслабленным в Храме, всё равно исчезает из его жизни, Он его оставляет свободным от Себя самого. Я думаю, это очень важное завершение этого зачала. На том пути, на котором мы находимся к Богу, Он тоже нас оставил свободными от Себя, но свободными друг для друга.