Поиск

Самая большая драгоценность (разговор Христа с Никодимом) — 25.09.2022

Сегодня отдание Рождества Богородицы, а впереди у нас Воздвижение Честнаго и Животворящего Креста. И между началом начал — Рождеством Богородицы и Крестом как финалом пролетает жизнь наша. И, конечно, мы не такие, как Пречистая Богородица, мы не сделали ничего великого в этой жизни, даже не пошли на крест. И кажется нам эта жизнь незначительной, и сами себе мы кажемся очень незначительными, потому что ничего огромного мы не сделали, так, чтобы об этом говорили, или это на что-то влияло. Если бы была отнята жизнь каждого из нас, ничего бы не поменялось, но тем не менее Бог разговаривает с человеком.

И вот этот разговор Христа с Никодимом, который мы сегодня читали, ценен сам по себе. Не то, что сказал Христос Никодиму, потому что до нас дошли несколько фраз, которые тоже, по большому счёту, никак нельзя реализовать. Никодим не может родиться заново, ни в физическом смысле, ни в метафорическом. Старые люди не могут поменять мышление, даже если они теперь болеют за новую футбольную команду. Они болеют точно так же, как за старую, только теперь за новую. Структуру мышления поменять очень сложно, и привычки, которыми человек жил лет 70, — это уже не привычки, а природа. И при всём желании, Никодим, при всей его святости, мог одобрять Иисуса, но не мог его понять. Но это неважно. Важен сам диалог, потому что драгоценность человека — в коммуникации, в том, что люди могут друг с другом общаться. Как, например, два тростника, если пользоваться аналогией Блеза Паскаля. Вот растёт один тростник и совсем рядом другой. И если бы они могли что-то сказать друг другу, это была бы уже другая совершенно форма жизни. Если бы тростник мог сказать другому: “Ну, как дела?” А тот бы ему просто ответил: “Нормально, только бобры уже достали до самого корня”. Тот ему бы сказал: “Ну ты крепись, меня тоже грызут понемногу”. И вот это общение, если бы оно состоялось, это было бы самым драгоценным, что произошло в этой форме жизни.

И общение между нами есть самая большая драгоценность, никакие распятия и воскресения, всё это служит только для того, чтобы усадить людей рядом друг с другом. И мы вроде как ничего не сделали, но мы обращаемся к другому, мы видим друг друга. Это гораздо важнее, чем спасти человечество. Какой смысл спасать человечество, если человечество не видит друг друга? А если видит, то оно уже сделало самое важное, оно уже, в каком-то смысле, спасено. Оно уже просуществовало. Мы интересуемся друг другом. А вот другие культы, культы Великого, неважно: Зевса, Христа, Магомета — делают человека маленьким и безликим, он уже ничего не может толком сказать. Он, даже говоря, заикается и извиняется, что он говорит не так, потому что он вообще должен молчать. Перед величием можно только молчать. А Бог пришёл для того, чтобы поговорить. И это путь, который начинается с Рождества Богородицы, от молчания небытия до бытия, до говорения, до общения. Самое главное наше таинство — это таинство общения, это Тайная Вечеря. И не в том дело, что они там съели. Знаете, эти поклонники еды, они говорят: “Очень важное они тогда съели. Давайте, мы тоже это воспроизведём”. Важно не то, что они съели и что именно тогда выпили, а важно то, что они сидели вместе со Христом, Который говорит: “Вот Я весь”. Сидели ли мы когда-либо с кем-либо, который бы сказал: “Вот я весь здесь, я весь твой, мой собеседник”? Мы обычно играем в шахматы с тем, с кем дружим. А уж с тем, с кем не дружим, играем на шпагах и пистолетах! 1

Итак, смысл этого зачала в том, что Бог не судит мир, потому что мир сам себя судит. Мир достаточно заряжен на самоосуждение. Мы и без Бога найдём, где правые, а где виноватые. Мы всегда осуждаем другого, потому что такова формула нашего мышления. Правильное-неправильное, съедобное-несъедобное. Помните, мы играли в детстве? Съедобное-несъедобное, подходящее-неподходящее, удобное-неудобное. Мы так мыслим, поэтому всегда будем осуждать кого-то. И в этом нет преступления, и в этом нет добродетели. А драгоценность — она после того, как мы всё скажем, после того, как люди перестанут играть, кто лучше и кто правильнее. Тогда люди сядут и каким-то образом будут самими собой. Вот для чего люди пьют на застолье: не для того чтобы показать “я пью”, а для того чтобы снять все барьеры, чтобы перестать делать из себя кого-то. Это, конечно, практика убогая, но тем не менее нам понятная. И вот Христос, говорящий Никодиму, говорит всем нам: “Ребят, то, что мы говорим — это уже самое главное. Ничего главнее никогда не произойдет”. Поэтому цените тот разговор, который Бог с нами начал, и мы его будем продолжать, доколе будет Он и будем мы.

  1. Слова из песни В.Высоцкого «На стол колоду, господа»:
    И я к услугам вашим! Ответьте, если я не прав,
    Но — наперёд всё лживо!
    Итак, оружье ваше, граф?!
    За вами выбор! Живо! Да полно, выбираю сам:
    На шпагах, пистолетах,
    Хотя сподручней было б вам
    На дамских амулетах.
    Кинжал… — ах, если б вы смогли!.. —
    Я дрался им в походах!
    Но вы б, конечно, предпочли
    На шулерских колодах![]
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x