Поиск

Святые и ближние (Пророчество Захарии, Лк.1:67-75) — 18.09.2022

«И Захария, отец его, исполнился Святаго Духа и пророчествовал, говоря: благословен Господь Бог Израилев, что посетил народ Свой и сотворил избавление ему, и воздвиг рог спасения нам в дому Давида, отрока Своего, как возвестил устами бывших от века святых пророков Своих, что спасет нас от врагов наших и от руки всех ненавидящих нас; сотворит милость с отцами нашими и помянет святой завет Свой, клятву, которою клялся Он Аврааму, отцу нашему, дать нам, небоязненно, по избавлении от руки врагов наших, служить Ему в святости и правде пред Ним, во все дни жизни нашей» (Лк.1:67-75).

Сегодня день праведных Захарии и Елисаветы, Бориса и Глеба, Петра и Февронии. И это видно на их житиях, особенно Захарии и Елисаветы, что о них очень мало нам известно, буквально одна страница из 1-й главы Евангелия от Луки, которую я сейчас прочёл. Но эти строки для нас оказываются важнее, чем живые люди. И сказано о Захарии и Елисавете, что они были праведны и непорочны пред Богом. Это просто строка, там так написано, и мы не можем убедиться в том, что они были праведные. Всё, что мог сделать Захария, — не поверить архангелу — он сделал, чем архангела как будто бы разгневал, и тот наказал его немотою. Да так, что Захария даже оглох, потому что ему показывали на пальцах, мол, как ты хочешь назвать своего сына.

И рассказ о Захарии и Елисавете небольшой, немного строчек, буквально одна страница. Но они в церкви являются бóльшими, чем люди, которые здесь стоят, больше, чем вы. Понимаете? У Петра и Февронии вообще мифологическое житие. У Бориса и Глеба очень скудное житие. Но нам эти страницы оказываются дороже живых людей. Вот вы передо мной стареете, собственно. Хотел сказать “растёте и стареете”, но, думаю, нет, только стареете. И я перед вами старею. Мы живём, мы люди, а это — рассказы. И эти рассказы становятся гораздо важнее, чем люди. Почему так? Дело в том, что Бог создал человека по образу и подобию, но человек немного подслеповат, подглуховат, и этого образа и подобия в себе и друг друге не очень-то видит, поэтому рисует это отдельно. Люди всегда ратовали за виртуальную реальность и всегда виртуализировали максимально свою жизнь. Сейчас у нас лента на Facebook красивее, чем мы на самом деле. У кого есть картинки в Instagram, тот, конечно, предпочёл бы, чтобы смотрели на них, а не на его реальное лицо утром, после вчерашнего. Конечно же. Но было бы совершенно постыдным предпочесть изображение красивого человека реальному человеку. Красивое изображение. Жития святых — это красивое изображение. И пусть даже так было на самом деле, но ради этой строчки мы сделаем многое, потому что мы дорисовываем образ Божий отдельно, а людей отдельно. И таким образом уходим от задачи.

Задача состоит в том, чтобы увидеть образ Божий в человеке. А мы отдельно образ Божий нарисовали, а отдельно — людей. Вот и решили задачу! У нас есть и образ Божий, и человек. Но только конъюнктивно, то есть отдельно, а надо совместить картинки. И получается, что мы раскрашиваем себя, мы находимся как бы вместе с людьми, у которых есть образ Божий. То есть мы окружены иконами, и мы окружены именами реально святых людей. Я ни в коем случае не говорю, что если там строка — значит, это неправда. Это очень даже правда. Но это всего лишь строка. И мы, получается, вывели отдельно святых людей на бумаге. А простых людей — мы сняли с себя задачу видеть их нимбы. Нимбы не существуют — зачем? Всё равно у нас нимбы существуют отдельно. Люди ставят памятники знаменитым людям, но никто не поставит памятник человеку, у которого было две ноги, две руки, или он мог членораздельно говорить. А почему не ставят такие памятники? Потому что вокруг столько же людей, все умеют членораздельно говорить, у всех руки и ноги. Зачем ставить памятники? Понимаете, в чём тут дело, да? Мы видим руки и ноги, и мы не ставим памятники тем, у кого были руки и ноги. А если мы не видим святости в человеке, вот тогда мы ставим памятник святому человеку. Когда мы не видим, тогда мы рисуем, тогда мы пишем. И чем больше икон, чем больше они позолоченные, тем больше мы пишем свидетельство о своей слепоте, причём принципиальной, потому что мы рисуем иконы не только как свидетельство нашей инвалидности, а как ещё и то, чем мы должны гордиться.

Таким образом, мы отдельно нарисовали папу, которого любим, и отдельно папа, который есть. Отдельно люди, которых мы уважаем, отдельно люди, которые есть. И это большая проблема, потому что, когда мы читаем: Захария, Елисавета, Елисавета, Захария, Борис, Глеб, Петр, Феврония… Боже мой, как хорошо, столько хороших людей! А вы кто такие? То есть, понимаете, они каким-то образом компенсируют то, что я не вижу в других людях. Мне нужны эти Захарии, потому что я не вижу никаких пророчеств, никаких ангелов, ничего не вижу в жизни. Поэтому мы ставим памятник Захарии, словесный, бумажный памятник. Нам бы он был не нужен, если бы мы признались себе в том, что перед нами другая задача. Посмотрите на Господа нашего Иисуса Христа, на Его проповедь. Если бы Он хотел строить монументы этим великим святым, Он бы сидел и рассказывал: “А был такой пророк Илья. А вы знаете, Моисей был просто, просто вообще! А пророк Исаия, ух!” Ничего Он такого не говорил. Все Его речи направлены на простых людей: грешник, мытарь, какая-то притча про какого-то раба, про должника, ещё про кого-то. Он говорил про простых людей, Он не строил идолов, не рассказывал про святых. Хотя были святые в древности, но Он о них специально не рассказывал, чтобы не заменить ими живых людей. И получается, наш вот этот отдельный резервуар для святых, там и ангелы приходят регулярно, даже обижают, там и леший бродит, и русалка на ветвях сидит. Там всё нормально. И мы как бы заходим в гробницу, в склеп, где кости святых, и радуемся — сколько святых людей! — выходим и начинаем друг с другом бороться. Это совершенно неправильно.

Я думаю, что… Вот тоже не знаю, почему решили, что бесплодна именно Елисавета, наверное, Захария где-то проверился… Думаю, самое важное, чтобы мы понимали, что когда мы читаем текст, мы не смотрим на ближнего. Перестаньте читать тексты о святых, поднимите свои очи. Ближние ещё живы, ещё недостаточно растрескались. Всё ещё ходят, говорят, думают. Они гораздо интереснее, для Христа, по крайней мере, Который не рассказывал ни об одном святом ровно ничего, при том, что, наверное, знал, о ком рассказать, интересно мог рассказывать. Итак, оторвавшись от Евангелия, мы поставлены перед лицом икон, мы развёрнуты к иконам. Но будем считать это своей инвалидностью. Когда человека усаживают перед вот этими буковками, знаете, один глаз закрывают, значит, что-то уже не так. Ну, по крайней мере, мы будем это знать, +5 к смирению у нас будет, и продолжим нашу молитву.

ПОСЛЕ ОТПУСТА

Молитву за то, что мы сегодня, как обычно, составили мозаику из разных красивых штучек, а пред Богом мы являемся целым большим полотном. Знаете, как в мозаике, если оттуда выпал какой-то камешек, и может он был не самый яркий, может быть, самый яркий, но уже картина, в целом, как бы не та. Я думаю, при всей нашей разности, Бог одинаково относится к нам. При том, что у нас разные какие-то каши в голове. Это неважно. Особенно это показывает сегодняшний день. Память Захарии и Елисаветы связана с ложным пророчеством Святого Духа, и это ложное пророчество звучит дважды. В устах Марии Богородицы, но сегодня мы читали это в устах Захарии, который исполнился Духа Святаго и сказал, что наконец-то Бог приготовил избавление народу Израиля от всех врагов его. Конечно же, мы знаем, что всё случилось ровно наоборот, и Израиль в 70-м году пережил трагедию, в 135-м году пережил трагедию. И в целом, это страна многострадальная, только в 20-м веке более-менее, в состоянии постоянной войны, пытается как-то устроиться. Поэтому, конечно же, если мы берём пророчество, то оно оказалось совершенно ложным, но Дух Святой — совершенно истинным.

Дело в том, что когда Дух Святой находит на человека, то он начинает искрить самыми максимальными своими надеждами и впечатлениями. И если Дух Святой находит на благочестивого праведного еврея 1-го века, он, конечно, вспоминает о том, что мы в оккупации, нам нужно избавиться от врагов. Он вспоминает о том, что Израилю давно что-то обещали и всё никак исполнить не могут. И конечно же, Бог вспомнил завет Свой дому Давидову. Завет дому Давидову был в том, что царство его никогда не прекратится. И вспомнил, что Аврааму, Исааку и Иакову Он обещал господство над другими народами. “И наконец-то это исполнится”, — сказал Захария. Когда Дух Святой находит на средневекового человека, он тоже будет говорить о том, что наконец-то все будут в благодати и гармонии, перестанут быть всякие еретики и раскольники. Инославные и язычники будут просвещены. Когда Дух Святой находит на человека 21-го века, он толком не знает, что говорить, он только понял, что Дух Святой на него нашёл.

И я думаю, что нам не стоит цедить тексты, которые люди рождают, когда Дух Святой на них находит. Ложное пророчество гораздо ценнее, чем истинное, потому что истинное можно ценить прагматически, а ложное пророчество — это как песня. Человек не может не петь, не может не говорить. И о чём человек поёт? О том, что у него на душе, что для него самое святое. Если на ребёнка найдёт Дух Святой, что он скажет? Он скажет: “Много мороженого, шоколада, и папа и мама всегда вместе и не ходят на работу”. Наверное, так бы он сказал, потому что он ещё глупый, но, тем не менее, Дух-то Святой истинен.

И слава Богу, сегодня Дух Святой тоже нас выложил, как мозаику. И как обычно, проповедь кривая-косая, но зато она же ведь тоже вдохновлена Духом Святым! Можно по этому, собственно, и определять. Если хорошая, значит, готовился, а если такая, значит Дух Святой, не иначе.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x