Сегодняшнее Евангелие 1 очень и очень глубокое. Глубже, чем мы можем принять, но звучит оно попсово. Христос говорит: «Когда идёшь к кому-нибудь на свадьбу, не садись вперёд, потому что вдруг придёт кто-то более почётный, нежели ты, и тебе скажут “пересядь-ка туда, назад”, — и это будет не очень. А лучше, наоборот, садись где-то сзади, чтобы пригласивший тебя сказал “пересядь вперёд”, и тогда ты будешь в почёте. Потому что всякий, кто себя возносит, тот будет унижен. А кто себя унижает, тот будет возвышен». Если понимать эту притчу буквально, то вы же знаете, что если человек в жизни не будет чего-то добиваться, никто ему не скажет: «Федя, встань оттуда, иди, стань помощником президента, стань ректором, стань директором». Особо звать никто не будет. Поэтому и самая притча эта банальна, она находится во всех пословицах, самая грубая из которых: «Куда ж ты со свиным рылом да в калашный ряд?» или «Каждый сверчок знай свой шесток». Это банально. Социальная иерархия у обезьян тоже такая, и если бы они могли говорить, то сказали бы: «Не лезь не в свою страту, не в свой уровень, иначе мы тебя покусаем».
О чём же тогда это Евангелие? Это зачало очень интересно тем, что, учитывая историю христианства, оно нам доносит идею о том, что есть вещи, истины, которые от того, что их произносишь, перестают работать. Вот вы уже видите, как выстроились люди, садящиеся на задние места — с надеждой, что их пересадят на передние. Монахи в разных облачениях, строящие из себя смиренных, — в надежде, что они потом впереди вас будут. То есть это когда человеку что-то говоришь истинное и это истинное от того, что сказано, перестаёт работать.
Хорошо, когда человек сам по себе садится на задние ряды. Но если он садится после этой притчи, это уже плохо. Потому что он садится на задние ряды из расчёта, что так делать правильно, и тебя заметят и посадят на передний ряд. Какой же лицемер! — после этой притчи. А если бы он этой притчи не слышал? Молодец! Скромный человек, сел на задний ряд. Это всё равно, что ребёнку, который вам говорит, например: «Как хорошо, что в этом году Дед Мороз всё-таки пришёл и принёс именно тот подарок, который я хотел», — мы ответим: «Да это потому что ты наивный». И если он поймёт, о чём мы сказали, то у него исчезнет эта радость. Есть истина, которая убивает то, о чём она говорит. И она становится антиистиной в тот же момент, как только мы её поймём.
Вот я писал в своей книжке о вере: когда мы говорим «я верую» — это плохо. А когда мы веруем — это хорошо. Но когда мы говорим, что когда мы веруем, это хорошо, — это плохо. Потому что, когда мы думаем, что верить — это хорошо, то сама вера становится ценностью для нас, и мы с этой верой уже носимся, как с писаной торбой. И говорим: «Я верующий!» Ну это лучше, чем ты неверующий. Или: Иванов хоть пьющий, но зато верующий, а вот Петров пьющий и неверующий — совсем плохо. Имеется в виду, знаете, оттенок. Глядишь, уже себе не то что стульчик, но какую-то подножку поставили чуть повыше. Оказывается, правда о том, что верить — это хорошо, — плохая. Сама правда, самое слышание и понимание этого — плохо.
И вот эта притча о том, что слышать это нельзя. Притча убивает добродетельность, и, может быть, она нам дана для того, и вообще это рассуждение полезно может быть тем, что мы поймём Божию тишину, Божие молчание. Вот почему Бог не говорит так особо ничего. Представьте себе такой диалог, если бы мы сказали: «Господи, а вот из всего того, что люди религиозные во всём мире во все века наговорили, написали, напели, натанцевали, — что там было из того, что Ты сказал?» А Он бы нам сказал: «Вы знаете, всё это время Я вас обнимал и молчал, а это всё — это вы придумали». Эта истина повергла бы нас в шок. Оказывается, все эти хороводы вокруг облачений, бижутерии, символики, храмиков, капличек, ещё чего-нибудь — всё это мы придумали!
И вот человек, который слышит откровение Божие, настоящее откровение, а не это вот, как у Конфуция: «не садись на передние ряды, садись на задние», — он всегда поймёт его разрушительно для себя. Настоящее откровение всегда будет понято разрушительно. Человек скажет: «Как же, Господи, да Ты всё это время молчал? Оказывается, все религии — это люди придумали? Оказывается, все эти жертвы… Всё, пошёл я в атеисты». Ну, например, так человек скажет. Для людей непосильно подлинное откровение, поэтому нам не дано никакого. И есть истины настолько тонкие, вот как добродетельность смиренного человека, что говорить о ней никак нельзя. Мы же убьём добродетельного человека. Он на три свадьбы пришёл, сел на крайнее место, а когда понял, что это выгодно, и Бог одобряет, и что в этом-то как раз его подлинное величие, после этого он вообще во двор не войдёт, скажет: «Пригласите меня, я тут, не смею войти». Ох, сколько мы таких навидались, потом они разжиреют, бороды отрастят, они такие.
И вот я думаю, что мы должны быть готовы не только к Божьему глаголу, подозрительно похожему на наши фантазии, но и к Божьему молчанию, которое с благоговением относится к человеку, садящемуся на задние ряды.
- Проповедь по зач.74 Евангелия от Луки: «Замечая же, как званые выбирали первые места, сказал им притчу: когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых им почетнее тебя, и звавший тебя и его, подойдя, не сказал бы тебе: уступи ему место; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, придя, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится» (От Луки 14:7-11).[↩]
Я, кажется, поняла, потому что чуствовала, что как-то нехорошо, нечестно мы ведём себя с Богом