Поиск

Фундаментальные предпосылки герменевтики

Автор: прот. Вячеслав Рубский
Оглавление

Основные тезисы

  • При принятии сложного решения сознание человека может создать/привлечь искусственного агента принятия решения.
  • Искусственным агентом может стать Библия. Читая Писание, мы удваиваем себя и вчитываем в него свои надежды и страхи. Писание не является самодостаточным внешним актором.
  • Влияние Писания на сознание человека составляет не более 5%.
  • Откровение – это не информация, а интимный акт общения.
  • Бог ничего не может дать человеку, кроме общения с Самим Собой.
  • Любой текст обусловлен эпохой и личностью автора.
  • Православная традиция полифонична и противоречива.
  • Церковная традиция имеет провал, который отчуждает её от текстов Нового Завета.
  • Психология сделала современное общество гуманнее.
  • Язык психологии не знает своих границ и всё психологизирует, то же делает и теология по отношению к психологии.
  • Реальное Богообщение и имитация Богообщения структурно неразличимы.

Экстериоризация и Artificial Agent

Поговорим о фундаментальных предпосылках герменевтики. При работе с текстом нам нужно понять очень важное психологическое обстоятельство, а именно экстериоризацию. Экстериоризировать – значит выносить из себя на другую территорию, вовне. Мы экстериоризируем агента принятия решения: давайте распакуем эту фразу.

Во 2-й главе книги «Психология развития человека» Лев Семёнович Выготский рассуждает о том, как устроено мышление людей. Он обращается к работам французского антрополога и философа Люсьена Леви-Брюля 1, который, изучая мышление племён Южной Африки, заметил, что когда дикарь сталкивается с реальной дилеммой, то он бросает жребий. В 20-е годы XX века, когда писал Выготский, первобытное мышление приурочивалось к мышлению современных диких племён, которые, в частности, исследовал и Леви-Брюль. Французский философ задавал вопрос вождю племени: «Что ты будешь делать, когда перед тобой возникнет реальная дилемма?» Вождь отвечал: «Я увижу об этом сон или брошу кости». Брошу кости, т.е. брошу жребий. Сам Выготский работал в бихевиористском направлении и для него важна формула «стимул-реакция». В режиме стимул-реакция «мыслит» животное, и вроде как должен мыслить человек. Однако Лев Семёнович обратил внимание, что когда человек действительно мыслит, а не просто реагирует на стимул – летящий в него камень, на который надо реагировать/уворачиваться – когда человек стоит перед дилеммой, то в этот момент он включает Artificial Agent, т.е. искусственного агента принятия решения. Человек бросает жребий и говорит: это не я так решил – так выпал жребий. С той же целью можно истолковать сон, говоря: это не моё решение – так мне сказал сон.

Для христианина искусственным агентом является Писание или Предание. «Это не я говорю – Писание говорит! Это не я решаю – каноны так учат!». И не важно, что диакон Андрей Кураев в книге «Парадоксы церковного права» (2022) описал весь тот бардак, который творится в каноническом праве. Понятное дело, что ссылка на каноны – не более чем мошенничество.

Жребий и структура сознания

Выготский приходит к следующему выводу: «[Человек] искусственно вводит в ситуацию, изменяя её, не связанные ничем с ней новые вспомогательные стимулы». У него сложный язык, и я скажу проще: когда человек бросает жребий, он таким образом порождает того агента, которого слушает как авторитетного. Бросание жребия обнаруживает в нас структуру сознания, которая сама: а) порождает стимулы, б) определяет свои реакции на них.

Психолог Выготский и этнолог Леви-Брюль обнаруживают один и тот же феномен. В сознании есть структура, которая сама создаёт стимулы, определяя их как внешние. Более того, она сама с собой договаривается, каким образом она будет эти внешние стимулы считывать. Если кость упадёт одной стороной, то я не пойду в школу, а если другой, то пойду, или разведусь/не разведусь с женой. Всё это решает как бы не сам человек, но на самом деле мы сейчас видим, что решает сознание человека. Оно выделяет из себя дополнительную структуру и даёт ей значение в прочтении.

Я бы посоветовал прочитать вам всю 2-ю главу «Психологии развития человека», а можно и книгу целиком. Она чуть-чуть устарела, но не в той проблематике, о которой мы говорим. Конечно, когнитивная психология пошла дальше этого открытия Льва Семёновича, и сегодня когнитивные психологи могут рассказать вам о многих других иллюзиях сознания. Но нам важно начало XX века, зарождение теории того, что наше сознание может внутри себя диссоциироваться, т.е. растождествляться (это ещё не диссоциативное расстройство) и начинать воспринимать часть сознания за внешнего агента и слушаться его. Сознание договаривается само с собой, какого именно агента, порождённого им же, оно будет слушаться.

Древняя монохромность и полифоничная современность

Искусственный агент возможен только в контексте отрицания внутренней раздвоенности, растроенности – внутренней множественности. Он возможен только в контексте полагания собственной монохромности, причём полагания исключительного и принципиального. В таком случае, если человек замечает в себе полифонию, т.е. множество голосов, то он говорит, что это бесы вокруг или ангелы; или же он мыслит в режиме «Я и Писание» или «Я и искушения», но никак не признаёт, что эти голоса – часть его самого.

У человека примитивного его «Я» всегда остаётся одиночным, монохромным, его невозможно расщепить. Мы, христиане, обращаясь к Писанию или Преданию, апеллируем к сознанию людей прошлого, которые жили в этом монохромном контексте. Для человека XX и XXI веков диссоциация – это нормальное явление. Мы спокойно говорим о том, что мы внутренне расслоены.

Начиная с Фрейда, мы полагаем, что наше сознание что-то вытесняет в бессознательное. Пройдя через XX век, психология поняла, что взаимодействие бессознательного и сознательного корректнее описывать не как подвал и первый этаж, но как Инь и Ян. Бессознательное и сознание закручены, и правильнее говорить о них в горизонтальной метафоре.

Итак, во мне есть множество идентификаций или множество личностей, если брать социальные фигуры или индивидуальное представление о самом себе. Современная психология нормально реагирует на то, что человек разговаривает сам с собой. В нём всегда есть не-тождество реального, идеального и редукционного «Я», т.е. такого «Я», которое я сам себе придумал и к нему стремлюсь. Карен Хорни считала, что есть «Я» реальное и «Я» идеальное, а современная психология склоняется к тому, что никакого реального «Я» нет. Его нет не потому, что мы деперсонализированы внутри нашего механизма мышления, а потому, что наших «Я» в нас много. И схватывая одно «Я», мы преступно редуцируем наше сознание, и тогда нам требуется внешний агент, на которого мы свалим всю ответственность за свои решения.

Фантомные стимулы и реакция

В книге «Психология развития человека» Выготский, рассматривая практики жребия, выводит формулу «Stimulus – Artifical Agent – Response» (стимул – знак – реакция) и пишет: «Наличие наряду с данными стимулами созданных является в наших глазах отличительной чертой психологии человека». По Выготскому получается, что отличительной чертой человека являются, наряду с данными стимулами (дерево, ветер, холод), ещё и созданные стимулы. Наше сознание создаёт стимулы во вне и воспринимает их столь же серьёзно, как и не созданные стимулы, а может, ещё и серьёзнее. И через созданные стимулы человек уходит как от своей ответственности, так и от множественности своих «Я».

Чаёвня с ангелами

Могу посоветовать ещё одну замечательную книгу – американского философа Джона Сёрла «Сознание, мозг и наука» 2. В ней он пишет о самоаффицировании сознания. Вообще вся книга о том, что наше сознание порождает множество аффектов: намеренных и неизбежных. Понятие «самоаффицирование» взято у Канта. Согласно кенигсбергскому философу, есть два вида самоаффицирования, но мы коснёмся только той ситуации, когда сознание само себя стимулирует, само себя разогревает, само себя обеспечивает. Иначе говоря, человек может представить себе бесов или ангелов, среагировать на них тем способом, которым он решил реагировать и, таким образом, сделать себе вечер: «На чай сегодня ко мне приходили ангелы, и мы с ними хорошо пообщались» или «Пришли бесы, меня искушали, еле прогнал».

Современная ситуация анализа сознания говорит нам, что, прежде чем рассуждать в онтологических категориях «бесы существуют / бесов не существует», необходимо осознание акта интерпретации феномена, который мы в дальнейшем именуем «бесом» или «ангелом». Т.е. рассуждать не об онтологии, а о гносеологии.

Монохромный человек не осознаёт, насколько важен внутренний диалог полифоничного сознания. Согласно Выготскому, такой человек зачастую не способен отличить созданный им стимул от данного изо вне. Он полагает, что они не бывают созданными, но бывают только внешними. Святоотеческая аскетическая и догматическая мысль полностью базируется на идее монохромного сознания, для которого и бесы, и Бог являются акторами внешнего воздействия.

Агрегат получения откровения для Моисея

Теперь перейдём к Библии. У народов, окружающих ветхозаветный Израиль, были всевозможные идолы и практики, которые порождали внешнего агента ответственности или агента принятия решений. Кто прав, а кто виноват, можно было выяснить в ритуальном танце или в бою или обратившись к идолу. Шаман или волхв могут получить ответ через специальные практики. В любом случае, они не скажут: «вы знаете, я тут 15 минут думал и решил…» Это принципиально никогда невозможно, даже если шаман сидел и думал, за кого выдать замуж свою дочь. Невозможно потому, что древнее сознание мыслит себя монохромно.

А теперь давайте в контексте этого языческого окружения посмотрим на израильскую веру. Почитаем 25-ю главу книги Исход, ужаснёмся и будем дышать глубоко. Я приготовил следующую цитату: «и будут херувимы с распростертыми вверх крыльями, покрывая крыльями своими крышку, а лицами своими будут друг к другу: к крышке будут лица херувимов. И положи крышку на ковчег сверху, в ковчег же положи откровение, которое Я дам тебе; там Я буду открываться тебе и говорить с тобою над крышкою, посреди двух херувимов, которые над ковчегом откровения, о всем, что ни буду заповедовать чрез тебя сынам Израилевым» (Исх.25:20-22). Моисей получал откровение через крышку ковчега между двумя херувимами, обращёнными друг ко другу лицом и т.д. Такому духовнейшему из духовнейших человеку, как Моисей, потребовался агрегат получения Откровения! Моисей должен был склонить голову над крышкой ковчега и получать от него или через него откровение.

Тут ковчег есть актор, т.е. тот, кто действует в этой ситуации. Слово «актор» я взял из акторно-сетевой теории философа Бруно Латура († 2022). Мы понимаем сейчас, что ковчег завета является псевдоактором, потому что реально действует в этой ситуации Моисей. Предположим, что актором является Бог. Тогда Моисею всё равно нужен внешний актор, нужна ситуация по экстериоризации собственного общения с Богом. Общение с Господом происходит как общение с ковчегом и это неизбежно, если мы исходим из монохромного сознания древнего человека.

Я-йность и что-йность

У немецкого философа XIX века Макса Штирнера есть книга «Единственный и его достояние» 3. В ней Штирнер (примерно так, как потом сделает Иоганн Фихте) говорит о том, что у нас нет возможности измерить человеческое «Я». Когда мы пробуем измерить его через «что» (что такое «Я»?), мы всегда отвечаем неправильно, потому что «Я», «Я-йность», индивидуальная личностность – она не «что». «Я» – это то, что определяет, мыслит, волит. Если я скажу, что «Я» – шахтёр, писатель, то здесь мы сваливаемся в категорию что-йности. XIX век, пытаясь определить «Я», фиксирует сложность этой задачи. Получается, что всё исходящее должно исходить из нас, а не из какого-то «что», т.е. из того, что находится вокруг нас (см. также диалог Платона «Алкивиад»).

Корабль дураков и больница Сальпетриер

Для того чтобы принять ситуацию, к которой мы подошли, надо задаться вопросом: а как так получилось, что раньше мы этого не понимали, а сейчас понимаем? Где проходят границы этого понимания? Вы их увидите, если прочитаете книгу французского философа Мишеля Фуко «Безумие и неразумие. История безумия в классическую эпоху» 4. В ней автор показывает, что в прошлом всех сумасшедших либо сакрализировали, т.е. полагали, что они так «странно» говорят не от себя, а через них говорит Бог. Господь как бы пользуется странностями их сознания, чтобы через них передавать Свои месседжи. Либо сумасшедших отказывались как-то интерпретировать и просто убирали с глаз долой: сажали на «корабль дураков», он уплывал в открытое море и где-то тонул. Ближе к XIX веку сумасшедших стали заключать в своего рода больницы. Однако это были больницы-тюрьмы, задача которых – убрать сумасшедших с глаз долой, это не было их лечением.

И вот мы попадаем в ситуацию XIX века. В Париже располагалась замечательная старинная больница Сальпетриер. Она была основана в 1656 г. и унаследовала своё название от пороховой фабрики, на месте которой была выстроена (фр. salpêtrière – «склад селитры»). В ней работали такие психиатры, как Пьер Жане, Жан-Мартен Шарко и др. – множество психиатров, которые начали всматриваться в своих подопечных и пришли к выводу, что нельзя больных превращать в заключённых, нельзя обращаться с ними, как с животными.

У Жане и Шарко была качественная на то время психиатрия, у Шарко проводил практику Фрейд. На рубеже XIX и XX веков Карл Ясперс обращает внимание на этих больных, начинает их реально изучать. На рубеже веков исследование душевнобольных приходит к выводу, что они такие же люди и они исцелимы. Успехов было немного, но сам тезис был гуманным, хотя, конечно, в то время могли лечить и шоковой терапией. Итак, психиатрия приходит к выводу, что сумасшедшие – это, прежде всего, люди, пусть и больные.

Малая психопатология нормального человека

Во второй половине XX века начинается новое движение в психиатрии, которое делает границу между душевнобольными и нормальными пунктирной. Например, диссоциация оказывается свойственной и нормальному человеку. Да и вообще всё, что находится в психопатологии, оказывается свойством нормального человека, только в меньшем количественном значении. Все мы, грубо говоря, маньяки, параноики, шизофреники, аутисты и т.д., только в меньшей степени или с хорошими психологическими компенсаторами. Хороший аутист любит сидеть один с книгой в руках у берега моря. Это, случайно, не вы? Я тоже люблю так сидеть! В нас есть шизоидность, обсессивность, параноидальность, бред. Бред – это медицинский диагноз. Мы любим бредить – у Марселя Пруста это называется потоком сознания. Важность потока сознания подчёркивает Мераб Мамардашвили, когда даёт свои лекции по Прусту. Начиная с 1960-х годов происходит переоткрытие психики через больных людей.

Ложная ситуация с Писанием

Не существует Писания как независимого от нас агента действия – это ещё один внешний Artificial Agent. Писание нам что-то якобы говорит, но мы, почитав Писание, выдаём свой тезис. Например, идём жечь павликиан – это же, конечно, по Писанию! Или жечь живьём еретиков в избах. Или давайте отрубим голову тому, кто читает арианский текст – обо всём этом, безусловно, нам говорит Писание!

Если бы действительно Писание было самодостаточным агентом, действующим на людей, то как возможны враждующие конфессии? Православные ответят, что католики нечестиво читают Писание, а адвентисты не помолились перед тем, как приступить к чтению. Но когда у любой конфессии спросишь: «а что я должен делать, чтобы правильно понять Писание?», то у нас нет алгоритма, и мы не знаем, что сказать. Потому что изначально находимся в ложной ситуации, где Писание является внешним объективным актором.

Примеры не существования Писания

Мой первый тезис – Писания не существует. Если сказать более качественно, то не существует серьёзного влияния Писания. Еще качественнее: влияние Писания на сознание человека составляет не более 5%. Всё остальное, что определяет поведение человека – это он сам, его быт, устроение его мышления, культурная матрица и т.д. Доказывается это тем, что, если посмотреть на историю христианства, то мы там увидим, что даже самые прямолинейные, самые ясные свидетельства Писания не считывались во всю историю христианства и стали считываться уже с наступлением гуманистической эпохи или с эпохи Просвещения и в более позднее время, в XIX и XX веках.

Приведу примеры. Иисус и ап. Павел призывали не делать разницы между людьми, а между тем, расизм отменили только в XX веке. Во Христе «нет ни Еллина, ни Иудея, … варвара, Скифа, раба, свободного» (Кол.3:11), ни негра, ни малайца. Стоп-стоп! Когда отменили негра? Когда он стал полноправным? Совсем недавно! В XX веке мы помним замечательного человека Мартина Лютера Кинга и его движение за гражданские права негров в США. И это было во второй половине XX века! А что до этого говорила Церковь? Всё время до М. Кинга она вполне поддерживала расистские тенденции.

Иисус говорит в Нагорной проповеди: «не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся» (Мф.5:39-42). Так сними с себя нижнюю одежду – это не всегда эротично, но по-евангельски – и отдай человеку, который хотел снять с тебя шубу!

Иисус говорит: «возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут» (Мф.26:52). Христос чётко говорил о не-сопротивлении, но христиане воевали против своих врагов успешнее кого-либо на планете! Почему? Потому что воевали с символикой Того, Кто запрещал это делать! «Сим победиши!» 5 – бей во славу Божью! Почему-то заповеди Писания никто не видит 6.

Иисус говорит: «не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий; ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя; ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого» (Мф.5:35-37). То же и у апостола Иакова: «Прежде же всего, братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою, но да будет у вас: «да, да» и «нет, нет», дабы вам не подпасть осуждению» (Иак.5:12). И что же? Всю историю христианство клялось, причём на Библии! В клятве ставленника на священство – того, кто должен проповедовать Библию – написано следующее: «обещаю и клянусь пред Всемогущим Богом и святым Его Крестом и Евангелием». Я, когда шёл на священство, говорил эти слова в январе 1999 года. Я не против клятв – клянитесь! Если нравится – воюйте! Я просто хочу сказать, что Писание не может сообщить нам эти вышесказанные идеи, хотя они в Писании поданы неоднократно и недвусмысленно.

И дело не только в том, что общий уровень культуры в Средние века был, в целом, гораздо ниже. Но какая бы ни была низкая культура, если сказано «не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою» (Иак.5:12), то эту простую мысль можно даже аборигенам как-то переложить, чтобы они этого не делали. А православие, и восточное и западное, возвело культ клятвы – и именно на Библии! Американские президенты на куче книг, в том числе и на Библии, клянутся до сих пор. И низкая культура здесь ни при чём.

Иисус говорит: «Больший из вас да будет вам слуга» (Мф.23:11). Или в другом месте: «Иисус же, подозвав их, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть бо́льшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить» (Мф.20:25-28). А что христиане? Они построили самую строгую и самую подчёркнутую иерархию на земле! Она в Церкви строже, чем у военных, потому что у генерала есть всё-таки ответственность перед своими солдатами, а у христиан перед епископом все бесправны. Церковные фанфароны и индюки не отвечают за судьбы своих холопов, которые целуют им руки. И это те самые, что торжественно читают в храмах: но между вами да не будет так

Иисус говорит: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос» (Мф.23:8-10). В христианстве именно титулярность, отцовство подчёркнуты невероятно сильно. У нас есть св. отцы, все священники очень даже отцы, и я – поп – тоже не иначе как отец! А Кто там сказал: «не называйтесь»? ☺

Практики поста как пример не существования Предания

Апостол Павел пишет: «Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его. Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стои́т он, или падает. И будет восставлен, ибо силен Бог восставить его. Иной отличает день от дня, а другой судит о всяком дне равно. Всякий поступай по удостоверению своего ума. Кто различает дни, для Господа различает; и кто не различает дней, для Господа не различает. Кто ест, для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест, для Господа не ест, и благодарит Бога» (Рим.14:3-6). Манифест свободы поста. Но в христианстве несоблюдение постов каралось извержением из Церкви, в некоторых местах и смертью, и также было строгое наказание за несоблюдение праздников. Вот что пишет очень св. равноапостольный Карл: «Кто по неуважению к христианской вере нарушит пост святой четыредесятницы, поев мяса, – будет казнён смертью; но священник должен принять в соображение, не был ли преступник вынужден какою-либо необходимостью есть мясо» (Капитулярий Карла Великого об областях Саксонии 7). 64-е правило Святых апостолов: «Аще кто из клира усмотрен будет постящимся в день Господень, или в субботу, кроме единыя только (Великия субботы): да будет извержен. Аще же мирянин, да будет отлучен». 55-е правило Шестого Вселенского Собора говорит то же самое: «Поелику мы уведали, яко обитающие во граде Риме, во святую четыредесятницу, в субботу ея постятся, вопреки преданному церковному последованию: то святому собору угодно, да и в римской церкви ненарушимо соблюдается правило, глаголющее: аще кто из клира усмотрен будет во святый день Господень, или в субботу постящимся, кроме единыя токмо: да будет извержен, аще же мирянин, да будет отлучен». 90-е правило Шестого Вселенского Собора то же: «От богоносных отец наших канонически предано нам, не преклоняти колен во дни воскресные, ради чести воскресения Христова. Посему, да не пребываем в неведении, како соблюдати сие, мы явственно показуем верным, яко в субботу, по вечернем входе священнослужителей в олтарь, по принятому обычаю, никто не преклоняет колен до следующего в воскресный день вечера, в который, по входе в светильничное время, паки колена преклоняя, сим образом возсылаем молитвы ко Господу. Ибо нощь по субботе приемля предтечею воскресения Спасителя нашего, отселе духовно начинаем песни, и праздник из тьмы во свет приводим, так что с сего времени всецелую нощь и день торжествуем воскресение». 18-е правило Гангрского Собора говорит о том, что кто будет поститься в день воскресный по какой-то там причине, да будет извежен, да будет проклят («Аще кто, ради мнимаго подвижничества, постится в день воскресный: да будет под клятвою»).

Ещё примеры не существования Писания

Я привожу примеров больше необходимого для того, чтобы ни у кого не возникло впечатления, что мой первый тезис – «Писания не существует» – случаен. Иисус учит, что надо принимать мытаря и самарянина (сюжет с Закхеем (Лк.19:1-10), притча о мытаре и фарисее (Лк.18:9-14), притча о милосердном самарянине (Лк.10:30-37), беседа с самарянкой у колодца (Ин.4:4-26). Мытарь – это политический оппонент, мытари работали на оккупантов. Самарянин – религиозный оппонент. Православные в ответ на это живьём сжигали еретиков: казни еретиков продолжались с IV вплоть до XVIII века включительно.

В беседе с самарянкой Иисус говорит: «поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. … Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (Ин.4:21,23). В Православии царит культ храмов и паломничества в Иерусалим. Я не против храмов – только за! Просто хочу сказать о том, что в Писании сказано наоборот: не в Иерусалиме, не на Гаризиме и вообще не в храмах, но «в духе и истине» (Ин.4:24). Но современный оборот денег от паломничества в Иерусалим превышает оборот денег от паломничества в любую другую религиозную точку Земли. У нас всё по Писанию, ведь это заповедал Иисус!

«Епископ должен быть… одной жены муж» (1Тим.3:2) – а нашим епископам жёны запрещены (потому многие их прячут 8). Иисус запрещал развод: «всякий, разводящийся с женою своею и женящийся на другой, прелюбодействует, и всякий, женящийся на разведённой с мужем, прелюбодействует» (Лк.16:18), но мы этого не слышали все эти годы, не слышим до сих пор и не хотим слышать. А зачем? Конечно, можно придумать толкование, которое я придумал 9, но многие неспособны что-либо придумывать. Они просто игнорируют эти слова Христа – и всё. Православные разводятся и женятся второй и третий раз, и Церковь это благословляет 10.

Иисус говорит: «А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своём будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чём вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него» (Мф.6:7-8). У православных есть очень важные книги: Ирмологий, Октоих, 12 томов Миней, Триодь Цветная и Триодь Постная. Почему эти книги очень важные? Потому что Христос сказал «молясь, не говорите лишнего»! Это же улыбка Бога – эта стопка книг, очень обязательных, в которых ничего нельзя менять, потому что мы же не язычники, надеющиеся на слова! Сегодня какой-нибудь либеральный батюшка может сказать, что это всё неважно. Но неважным это стало только сейчас, когда мы вдруг стали уметь читать иначе.

Эхо собственной головы

Видите, как получается: вроде, в самом Писании сказано, но… понятно вдруг стало только сегодня. Либералы скажут вам, что вы можете поститься, можете и не поститься: «кто не ест, не осуждай того, кто ест» и наоборот. Неужели священники расслышали слова апостола! Я не думаю, что можно услышать Писание – мы слышим культуру нашего времени, структуры собственного сознания, эхо собственной головы. Вы скажете, что это – закрытая система, и она не может развиваться. Об этом позже – оставайтесь с нами!

Откровение – это не кусок информации

Мой второй тезис более серьёзный. Если на первый тезис можно было ответить: «Ну что ты, Рубский, придрался? Раньше история была одной, а сейчас всё иначе», то второй тезис заключается в том, что Откровение нельзя записать как информационный блок. Откровение Божье – это не какой-то кусок информации.

Если мы можем записать откровение на листочке, то почему этого не сделал Иисус? У Него была куча возможностей это сделать. Но важнее другое: если откровение можно сесть и записать, как то сделал, например, ап. Иоанн Богослов («то, что видишь, напиши в книгу и пошли церквам» (Откр.1:11)), тогда получается, что откровение можно передать через написанный свиток. А это противоречит всей не только православной, но и мировой аскетике.

В христианской аскетике (и во многих других традициях) человек через труды и подвиги выстраивает себя к пониманию Бога, к принятию Его откровения, к тому, чтобы быть ближе к осознанию Бога. А здесь получается, человек передал другому свиток, тот его открыл и познал откровение. Что это за откровение, которое можно так просто познать? Даже чтобы познать надпись на заборе «Маша! Я тебя люблю!», надо с автором прожить какие-то дни, недели, а может и годы – и только после этого можно познать, что означает для него эта фраза. А здесь, оказывается, целое откровение Божье можно передать в тексте. Это полная девальвация, совершенное непонимание существа откровения.

Если откровение существует, как его можно записать? Одно дело, когда мы записываем заклинательные формулы в язычестве: если тебе явится такой-то дух, то скажи ему одно, а если хочешь, чтобы был хорошим урожай, скажи то-то, а чтобы рыбка ловилась, то приговаривай: «ловись, рыбка, большая и малая». Раньше на все случаи жизни были такие приговорки. Но ведь это манипулятивные инструменты, а не откровение о Боге, мире и человеке.

Почему Святой Дух не вразумил святых отцов?

В протестантизме (хотя это есть и в православии, но в протестантизме оно более выпукло) стало модно говорить: читай Писание, и Дух тебе откроет. Эта формула пытается сочетать ограниченное Писание (как набор буквенной информации) с присутствием Св. Духа. Однако, если у нас есть присутствие Духа, нам не нужно никакое Писание. Помните, я говорил о внешнем агенте? В ситуации неопределённости мы выводим из себя внешнего агента, и агентом может стать и Св. Дух, а не только ковчег завета или Писание. Тогда мы спросим у Св. Духа: «послушай, а почему Ты, Дух, не открыл нашим отцам, что сжигать еретиков живьём – это не совсем по-христиански? Почему Ты не открыл эту истину святым людям? Ладно, грешникам не открыл, но отцы же – святые!» Ведь св. отцы читали то же самое, что и мы читаем. Почему Дух не вразумил их?

Может быть, мы сделаем из Св. Духа козла отпущения и навесим на Него все наши решения? Почему Он одному человеку открыл истину – и тот стал православным, а другому не открыл – и он стал баптистом?

Итак, если Дух Святой открывает истину через Писание, тогда мы или признаемся себе, что это мы сами (а никакой не Дух) говорим через Писание то, что хотим сказать, или Дух Святой виноват в том, что не открыл другим людям Свою истину, потому что они понимают Писание иначе. Мы же не скажем, что все св. отцы всех 20-ти или 18-ти веков христианства плохо молились? Уж кто-кто, а они-то молились, наверное, лучше нас. Однако им по их молитвам не были открыты те истины (о не сожжении еретиков, например), которые для нас теперь очевидны.

Откровение – это не «что», а «как»

Третий тезис самый серьёзный: Откровение – это не информация, а акт. Важно не ЧТО нам Бог открывает, даже если Он открывает нам что-то очень серьёзное, например, что Он есть Троица или, скажем, 25-тысячная единица. Важно не ЧТО, а само откровение как АКТ, интимный акт общения. Откровение – это когда я открываю что-то другому, и ценно не то, ЧТО я открываю, но то, что это именно Я открываю. Что конкретно я там нашёптываю, правду или неправду – это неважно.

И теперь, в свете этой моей гениальной теории, мы можем сказать: «Боже! Правильно! Отцы наши общались с Богом, когда сжигали еретиков! Не важно, что именно Бог нашёптывал отцам, или о чём Яхве шептался с Моисеем среди херувимов – важно, что Бог с ними о чём-то шепчется, важен этот элемент Богообщения». А то, что Богу нечего открыть человеку, это понятно из слов, сказанных пророку Исайе: «Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших» (Ис.55:8-9). Ну что может сказать профессор философии своему двухлетнему внуку? Что может ему сообщать? Только «у-тю-тю-тю», вот и весь профессор!

Предельная нота в Богообщении

Что Бог может сообщать человеку? – Ничего, кроме Самого Себя, Своей нежности, самого акта общения. Что мы можем понять и принять? Что является на самом деле ценностью? Акт общения на предельных настройках – это и есть откровение, предельная нота в Богообщении. И, кстати, между людьми тоже. Евангелие показывает нам Бога на самой предельной ноте – на Тайной Вечере перед Его смертью. Здесь мы видим предельное состояние обоих агентов, Христа и апостолов. Причём последние – не совсем глупые люди, они понимали, к чему всё идёт. И вот за столом Иисус говорит им: «А Мне больше нечего вам дать, Я не могу ничего. Вот этот хлеб – «сие есть Тело Мое» (Мф.26:26), вот вино – «сия есть Кровь Моя» (Мф.26:28). Это всё, что у Меня есть – больше ничего нет». Иисус дарит ученикам Себя, а в руках у Него просто хлеб и вино. Богу хочется общаться, а сообщить-то Ему и нечего. Как на встрече одноклассников через 30 лет после окончания школы. Сообщить-то им нечего, но хочется просто увидеться и пообщаться. Даже если что-то им и скажешь, оно не будет настолько ценным, сколько сам акт общения.

Магическая субстанция и любовь

Хотя, можно предположить, что Иисус на Тайной Вечере что-то субстанциально очень важное апостолам передавал. Будто Он говорил: «В этой Чаше находится предельно важная, заряженная духовностью субстанция. И этот Хлеб тоже заряжен. То, что у Меня в руках, гораздо важнее, чем Я Сам». Но можно читать и так, как я говорил вначале: «То, что у Меня в руках, неважно: круассаны, вино, пиво, кефир. Важно не то, что Я хочу вам что-то подарить. Важно то, что Я хочу быть с вами, а элементы общения не важны».

Это как сакральные артефакты в язычестве, передаваемые из поколения в поколение или где-то спрятанные: заговорённый топор, особо важный свиток или амулет. Вращение вокруг вещественных святынь – это языческая тема. В языческом сознании святыни полагаются вовне. Христос предлагает людям положить между собой самое важное. Не как отдельный предмет (например, просфорку, причём я просфорки люблю), а то, что происходит между нами – вот, что самое важное. Важное – это ты и я, только не по отдельности, а вместе – и это и есть откровение. Это самое важное для Бога! Это и есть Бог, когда осуществляется такая связь. Как говорил Иоанн Богослов: «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нём» (1Ин.4:16).

Монохромному сознанию это сложно принять, потому что оно экстериоризирует всё наружу, и для него ценность никогда не находится в нём. Ценность находится вне его, а в нём находится грех, скверна. Она, конечно, в нём находится, но я говорю, что структурно человек никогда не признает, что он и Бог – это диада единой ценности. Любовь есть ценность.

Замкнутый герменевтический круг

Теперь перейдём к герменевтическому кругу. Мы будем говорить о Фридрихе Шлейермахере 11, Вильгельме Дильтее 12 и Августе Бёке 13. Проблема герменевтического круга была поставлена в XIX веке, она кружится вокруг проблемы части и целого. Надо сказать, что ещё Аристотель в «Метафизике» решал эту проблему. Она же замечательно раскрывается у Гегеля в «Философии истории», «Феноменологии духа» и т.д. Но те три автора, о которых я вначале сказал, решали эту проблему по-своему.

Что такое герменевтический круг? Его суть в том, что для понимания целого необходимо понять его отдельные части, потому что целое состоит из частей. В то же время, для понимания отдельных частей необходимо иметь правильное представление о целом. Получается, что герменевтический круг – это замкнутый круг. Как же мы поймём целое, если мы не понимаем его частей? Мы его даже не сможем увидеть как целое, потому что, если неверно понимать части, то невозможно зафиксировать само целое или же возможно зафиксировать, но в другом смысле. Приведу пример с шахматной доской. Есть отдельные части – шахматные фигуры, каждая из которых по-своему ходит. Есть целое – настольная логическая игра шахматы. Только человек, понимающий и целое, и части, может в неё играть и поставить противнику мат.

Знать апостола Павла как человека

Если мы говорим о тексте, то должны понимать его целое, что в нём в целом имеется в виду. Немецкий философ и теолог Фридрих Шлейермахер включает здесь психологизм. По его мнению, чтобы понять текст, надо исходить из того, что текст является частью душевной жизни человека. Скажем, ап. Павел – он не просто голос Бога, но он человек, у него свои переживания, свои проблемы. Чтобы понять послания апостола, нужно проникнуть в его ситуацию.

У Шлейермахера есть тенденциозность: он считал, что, познакомившись с ситуацией Павла, мы поймём тексты апостола даже лучше самого апостола. Потому что многое создаётся человеком на неосознанном уровне, а психология даёт нам возможность этот уровень отчасти раскодировать, вывести на свет. По Шлейермахеру, нам надо знать не только то, что проговаривает Павел (или что через него Бог хочет проговорить), но надо знать и Павла как человека.

Немецкий философ и историк культуры Вильгельм Дильтей заявил примерно то же, что и Шлейермахер, только в другой области. Он сказал, что текст есть фрагмент, конспект жизни. Дильтей вводит понятие жизни как совокупности всех обстоятельств и суммы переживаний эпохи. Он расширяет психологизм Шлейермахера на целую эпоху: нужно понимать духовный мир людей прошлого, узнавать элементы их проживания.

Немецкий филолог и историк Филипп Август Бёк видит проблему в том, что текст апеллирует к самому себе, к понятиям внутри текста. Я об этом говорю в своей лекции 2015 года «Римлянам, 1 – 3 главы» 14.

Гадамер: предпосылочное мышление

И наконец, прекрасный немецкий философ Ханс-Георг Гадамер 15. Советую вам два его сочинения. Работа «Истина и метод» состоит из трёх глав. Многие считают её чуть ли не главной в творчестве Гадамера, но в ней слишком много Хайдеггера – у Гадамера вообще везде много Хайдеггера.

Ещё у Гадамера есть статья «Что есть истина?». Кому будет трудно читать эту большую статью, читайте сразу в конце, с того места, где он приходит к своему хайдеггерианству. В начале Гадамер пишет, что наука не в состоянии ответить на вопрос «Что есть истина?». Всю статью он показывает, что на этот вопрос невозможно ответить. Истина – это нечто скрытое: во мне, в языке, прикрываемое языком и т.д. Языком в смысле языком мышления, а не языком коммуникации. Хотя для американского философа Ноама Хомского это одно и то же, и здесь я с ним согласен. В статье много Хайдеггера, и она перекликается с работой «Истина и метод».

Гадамер, ученик Хайдеггера, разделяет свою книгу на три главы: эстетическая, историческая и языковая. Он говорит, что историк текста не может освободиться от предпосылок – Гадамер называет их «предрассудками своего мышления».

Не существует беспредпосылочного мышления, потому что человек конечен, пребывает в опредёленном отрезке времени и так или иначе отражает на себе это время, тогда как бытие бесконечно. Когда читатель работает с текстом другого времени, он не может с ним совпадать полностью, потому что читает текст из перспективы своих предрассудков, т.е. предпосылок.

Главное в толковании текста – это понять вопрос, на который данный текст является ответом. Порой у нас не возникает тех вопросов, ответы на которые мы читаем. Однако мы предполагаем, что текст содержит ответ на наш вопрос. Т.к. Гадамер обращается прежде всего к протестантам, то он оспаривает их предпосылку, что Библия содержит ответы на все их вопросы. Философ говорит: «Извините, но это же ваши вопросы. Может быть, Библия ставит свои вопросы и даёт ответы на них». Книга состоит из трёх разделов, и цель каждого – показать, что опыт истины нельзя редуцировать, нельзя сужать. Историзм мешает понять текст, эстетизм мешает понять – всё мешает! Одновременно мешает и помогает понять. То, что нам помогает, то и мешает.

Смысл – птичка в клетке языка

Книгу «Истина и метод» можно начать читать сразу с третьей главы, в ней Гадамер воспроизводит хайдеггеровский тезис о нахождении нас в стихии языка. Для того чтобы понять текст, который мы читаем, мы должны обозначить языковое пространство: что именно текст мог выразить на том языке. Мы должны почувствовать эпоху как другой язык, человека как другой язык. Смысл – он как птичка, которая находится в клетке языка; птичка летает в пределах форм своего «домика». Клетки бывают разной формы, но принципиальной значимости тут нет. Нам надо уметь видеть границы своего языка понятий, языка мышления.

Из ответов на вопросы

Огромная дистанция между православными разных эпох

Для того чтобы понимать Писание аутентично, нужно допустить одну генеральную предпосылку, а именно: Писание ничего не говорит нам, оно говорило своим современникам. Когда мы сегодня вычитываем мудрость из Писания, это всегда спекуляция, проекция. Очень многие просвещённые умы и святые души провели в толковании Писания больше полжизни – экзегеты и св. отцы – они-то уж больше читали, чем мы, но не видели и десятой доли того, что сегодняшний читатель. Например, какой-нибудь неопротестант с горящими глазами скажет: «да не будет среди вас больший! не надо идти войной на врагов, если мы христиане!» Сегодня ясно из Евангелия, что нельзя называться отцом, а в православии кругом одни отцы. Нельзя возвеличивать свою фигуру, подчёркивать свою значимость – если ты христианин, то если хочешь быть большим, будь всем слугою (Мф.20:26). Почему сегодня эти истины понятны, а раньше были непонятными? Значит, «понятность» растёт не из Библии. Библия тут – излишний агент и нам нужно порыться в себе, в контексте современной культуры, осознать собственную полифоничность, понять, что в нас вызревает другое время, проговаривается другая культура. И это проговаривание идёт не вслед за Писанием, а само Писание (в его толкованиях) всегда следовало и следует за культурой.

На моём Ютуб-канале есть видео «Возможна ли вера после коронавируса?», в котором мы с Артёмом Григоряном обсуждали постковидную ситуацию 16. Я говорил о том, что православные верят, что Причастие имеет животворящее значение для тела и души. Одновременно с этим православные верят, что от Причастия можно заразиться ковидом. Здесь мы видим, как в православных проговаривается современная ситуация. Мы можем верить в то, что существуют бесы, и в то же время верить, что существует самовнушение, как языковая складка, – во всё это мы можем верить одновременно. И если мы увидим в себе эту внутреннюю множественность, то мы почувствуем пересечение идентичностей: средневекового христианства и нашего времени.

Общество сознания Кришны и Православие XV века

По-моему, я достаточно убедительно говорил о том, что Писание ничего не может нам сообщить. Если мы прислушаемся к себе, то поймём, откуда растут тезисы, откуда корень. Поймём, почему сегодняшнее Общество сознания Кришны больше напоминает наше христианство, чем христианство XV века. Потому что в этих молодых людях, скачущих в оранжевых простынках и поющих «харе Кришна, харе Рама», проговаривается очень много паттернов нашей культуры – мы их узнаём, и эти паттерны нам ближе, чем какой-нибудь Максим Грек, призывающий сжигать гомосексуалов.

Свмч. Ириней Лионский: Иисус был распят в 50 лет

На моём Ютуб-канале есть «Беседа с Андреем Десницким» 17, в которой я говорил о том, что мы находимся в ситуации оторванности от текста. Даже если это самый прекрасный и глубокий текст, и он нам сильно что-то рассказывает – всё равно мы и наша церковная действительность находимся в большом от него отрыве. Я приводил в пример апологета II века Иринея Лионского, который говорил, что на момент распятия Иисусу было 50 лет. Понятно, что он ошибался, но почему он так говорил? Потому что он вычисляет этот возраст Христа на основании текстов Евангелия.

Сегодня нам и в голову не пришло бы приступить к исследованию того, в каком возрасте Христос был распят, потому что мы находимся в мощной традиции, которая этот вопрос считает решённым. Мы не будем даже начинать выяснять по текстам, а сколько же Ему было лет, потому что находимся в Предании. А Ириней Лионский, епископ и богослов, автор большого труда «Против ересей» (в 5-ти книгах), настолько был оторван от Предания, что только из текста мог выводить такой, казалось бы, самоочевидный факт, как возраст Иисуса во время распятия. Это говорит о громадном отрыве христиан II века от традиции толкования. Они демонстрируют такое отношение к тексту, как будто взяли чужую книгу с полки и начали из текста выстраивать своё христианство.

Николаиты и крестящиеся для мёртвых

Другой пример: ересь николаитов. В Откровении Иоанна Богослова Христос хвалит Ангела Ефесской церкви: «Впрочем то в тебе хорошо, что ты ненавидишь дела Николаитов, которые и Я ненавижу» (Откр.2:6). Так вот, христиане вообще ничего не знают об этой ереси! Это очень странно, потому что если мы находимся в борьбе с кем-то, то своих врагов мы знаем. А у христиан получается, что про сильную и страшную ересь николаитов, которую Сам Бог ненавидит, никто из толкователей не знал.

Ещё пример: в 1-м Послании к Коринфянам ап. Павел говорит о «крестящихся для мёртвых»: «Иначе, что делают крестящиеся для мёртвых? Если мёртвые совсем не воскресают, то для чего и крестятся для мёртвых?» (1Кор.15:29). Что это за раннехристианские практики – непонятно. Толкователи тщетно пытаются восстановить смысл исключительно текстологическим анализом. А почему нет никакого Предания об этом? Нет истории, которая могла бы нам сообщить, о ком, собственно, идёт речь? Мы видим некоторый провал между текстом Нового Завета и более поздней церковной традицией. Мы сектанты.

Верные скопцы

Наша традиция всегда была в отрыве и от слов Иисуса о скопцах, «которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного» (Мф.19:12). Святоотеческая традиция говорит, что это были кастраты, но такое понимание вытекает из филологической ошибки. В видео «Кастраты ради Царства Небесного» 18 я показываю, что, наоборот, речь в тексте идёт о людях, которые сделали выбор в пользу верности в браке, которые не хотели разводиться – они точно кастратами не были! Но если вы находитесь в отрыве от Предания, т.е. от традиции людей, которые составляли эти тексты, то вам приходится филологически выводить значение и допускать чисто филологические ошибки. Дело не в том, что ошибка – это ужасно, ведь все ошибаются. Просто характер ошибок говорит об отрыве христиан от собственного текста.

Атеизм и современное христианство – дети гуманизма

У христиан есть давний диспут с атеистами о высоте этики. Может ли атеист доподлинно называться гуманным? Французские просветители XVIII века выступали как гуманисты, они были за человека, за слабых, против деспотии и т.д. Помните знаменитые слова, приписываемые Вольтеру: «Я не разделяю ваших убеждений, но готов умереть за ваше право их высказывать»? Перед нами идеал просветителей. Что делала в это же время святая Церковь? – Делила территории, проклинала своих оппонентов и т. п. И здесь вопрос: чьи мы дети? Можно сказать, что атеизм сделал христиан добрее. А можно сказать по-другому: нас сделал добрее атеизм, пропитанный христианством. Здесь мы не найдём источника, сложно обозначить, от кого исходит добро. Мы можем находить признаки добра в язычестве, признаки милосердия в любом народе, но это не будет значить, что именно их вера есть источник всякого милосердия и любвеобилия.

Мне видится, что нас сделала добрыми психология – она научила быть внимательнее к человеку. Я 7 лет преподаю историю психологии, и на лекциях вывожу её из философии, что отчасти правда, т.к. философы, начиная с Фалеса, занимались и этим. На самом деле, серьёзная психология происходит из психиатрии, которая стала всматриваться в человека. Мы вглядываемся в феномен и понимаем, что мир сложнее, чем его рисует монохромное сознание.

Не может Бог любить евреев, а на молдаван и румын смотреть иначе. Национальность – это категория сознания. Если человек её отключит, то не будет никаких румын, молдаван и евреев. Люди перестанут их так называть и перестанут таковыми себя считать, они будут поступать иначе, исходя из других классификаций. У американского психолога Гордона Олпорта 19 есть на эту тему несколько сочинений, переведённых на русский язык. Он пишет, что если мы назовём человека, что он другой расы, ниже нас или хуже нас, то так и будем его воспринимать. Наше поведение идёт за языком. Возможно, сам называемый поверит в это, и действительно будет считать, что он хуже нас. Категории языка – самые реальные категории в этом мире.

Писание как медитативный камень

Когда-то Мартин Лютер хотел очистить канон Нового Завета от лишних текстов. Вам известно, что он минусовал Послание Иакова, 2-е и 3-е Послание Иоанна, 2-е Послание Петра и т.д. Лютер думал, что сейчас уберёт лишнее, а то, что останется, христиане будут читать вместе с Духом Святым. Но дело не в том, чтобы указать, какой именно текст читать, но в том, что мы так и не поняли, как его нужно читать. И стоит ли его читать? И что значит тезис: в тексте истина или в тексте содержится откровение?

Допустим, текст говорит: «Бог есть Троица» – мы в ответ кивнём: «угу, понятно, Троица». Если бы было написано о Четверице, мы бы точно так же угукнули. Объясните мне, что значит: истина из текста? Может быть, Писание – это медитативный камень, как статуэтка Будды в Махаяне? Берёте статуэтку, садитесь и медитируете на неё – и получаете просвещение. Но дело ведь не в конкретной статуэтке – это у вас фокусный камень, фокусная медитативная фигура – вам же на чём-то нужно фокусироваться. Вы берёте Священное Писание, начинаете размышлять, молиться – и над этими строками Нового Завета (у отца Георгия Чистякова есть книга «Над строками Нового Завета») вы получаете просвещение. В таком случае, неважно, что там написано – вы можете получать просвещение, читая совершенно пустые страницы.

Со времён Ф. Шлейермахера христиане тужатся читать Евангелия глазами апостолов. Но «глаза апостола Павла» – это только название одного из мнений, возникающих в ряду наших субличностей. Потому у нас возникает сразу несколько репрезентаций Текста. Мы хотим отдать приоритет «глазам апостола». Но если современному читателю указывать на внутреннюю разрозненность текста или его отстранённость от повседневной реальности, он будет сопротивляться, но потом ответит: «Об этом я тоже подумал, но затем перестал думать до конца». Он, оказывается, неглуп, просто он исходил из установки, что текст надо понимать однозначно, что у всего есть один правильный смысл и понимание. Но при внимательном рассуждении человек способен на иное понимание. Тогда он начинает реализовывать свою вторую и третью субличность, второе прочтение, третье и четвёртое.

Кости Андрея Десницкого

Почему православные так несамостоятельно толкуют текст? Зачем мы ищем толкователей? Мы совсем глупые? Нет, просто мы решаем другую проблему – внутренний конфликт измерений. В нас одновременно существует несколько точек обзора, которые порождают диссонанс. Мы упрощаем ситуацию: «спрошу у попа, он знает», «спрошу у библеиста, он знает». И здесь мы схлопываем собственный мыслительный процесс.

Мы есть тот самый индеец из Южной Америки (о котором шла речь в начале лекции), бросающий кости. Кости Десницкого, кости Алфеева, кости св. отцов – и всё, человек схлопнул свой проект и успокоился: «Спасибо тебе, библеист! Я всё понял!»

Люди переносят категорию профессиональной компетенции в чтение Писания. Это противоречит их собственной вере в чтение с Духом Святым. Если Дух Святой просвещает читателя, то профессионалы тут не нужны. Но мы только говорим: «верю, что Дух Святой просвещает!», но сами полагаемся на компетенцию как таковую.

Таким образом, вполне протестантский феномен профессора, знатока Библии, незаметно сменил в православии упование на святость читающего и просвещение Духа.

Вопрос: каково соотношение психологии и Бога?

Ответ: Я неоднократно говорил, что одна из проблем современной психологии – проблема отсутствия границ языка. Я эту идею перенёс из философии. Через психологию мы можем описать абсолютно всё и в этом недостаток психологии как академической науки. Такое положение языка всё превращает в психологию. Соответственно, и Бога она психологизирует. Психология спокойно говорит о том, что такое Богообщение, она не чувствует проблем с этим.

Послушайте лекции о религии Роберта Сапольски – он вам расскажет, что происходит в религии. У него даже нет осторожной мысли: «а может быть тезаурус, которым я пользуюсь, просто не приспособлен для описания этого феномена?»

В теологии тот же недостаток. Она также всё описывает в своих категориях. Потому, когда она пытается описать психологию в категориях теологии, получается, что психология – подмена теологии. Замечательный иг. Пётр Мещеринов скажет вам, что психология – это подмена духовности, некий суррогат, девальвация и декаданс.

Эти два невоспитанных профессионала – психолог и теолог – быстренько друг друга опишут как форму ограниченности. Оба исходят из своего языка как эталонного, потому они не могут друг друга качественно описать. Они не слышат мой голос: «Ребята! У вас обоих языки без берегов. Если бы вы где-то могли остановиться, то я бы поверил, что вы сейчас компетентно описываете феномен, но вы ж не останавливаетесь ни перед чем. И это говорит о том, что вы не умеете работать с языком, что вы плохие философы ☺ !»

Равенство Богообщения и его имитации

В проблеме «соотношения психологии и Бога» мы должны в феноменологическом ключе анализировать свою реакцию на Бога. Можно фиксировать потребность в Боге – это начало и, по большому счёту, конец теологии. Ещё американский психолог Уильям Джеймс († 1910) писал, что у человека есть потребность в Богообщении. В этой потребности он может впасть в психологизмы, т.е. удовлетворять её через сублимацию, через суррогаты, через всевозможные вещи, которые не являются Богом. Человек может имитировать Богообщение через ритуалы или отказ от ритуалов, через специфическое общение или отказ от общения и т. п.

Как собаки иногда имитируют половой акт с другими предметами – просто у них потребность превышает данность, поэтому иногда её приходится справлять без данности. Потребность человека в Боге очень часто справляется без того, чтобы человек дошёл до Бога, т.е. вышел с Ним на связь. Но это момент, с которым приходится сталкиваться исключительно в рамках декомпозиции внутренней вселенной.

Если человек понимает психологию своего сознания, то пусть он сам назначит, что является непсихологией. Через эту внутреннюю семиотику мы можем говорить о том, что даже если этот человек общается не с Богом, а со своей потребностью в общении, то эквивалентность внутренней вселенной подлинного подвижника, который реально с Богом общается, и человека, который общается со своей потребностью в Боге, делает этих людей совершенно равными. Каждый совершает какие-то действия, которые объясняет себе как «служение Богу».

Например, студентам я это рисую так. Рисунок 1: пирамидка из квадратиков, а на вершине – треугольник. Рисунок 2: пирамидка из треугольников, а на вершине – квадратик. Это условное изображение двух сознаний.

Формально и содержание и высшее в сознании «1» и сознании «2» различны, а если мыслить в бинарной системе, то противоположны.

Но структурно тут треугольник и квадрат равны, так как занимают одинаковое – высшее положение в сознании. И Бог, Который видит сознания всех, принимает этих людей равно.

Если человек не дошёл до Бога, а поклоняется собственной психике – в этом ничего страшного нет. Не нужно унижать людей, которые, не дойдя до Бога, заблудились в лесах собственной психики. И для тех и для других существует высшая фигура сознания, а какова она именно – не имеет принципиального значения 20. К тому же было бы очень самонадеянно сказать, что кто-то заблудился, а кто-то точно нет, т.к. у нас нет Бога в предъявленном виде.

  1. См. две его книги: «Первобытное мышление» и «Сверхъестественное в первобытном мышлении»[]
  2. Сёрль Дж. Р. Сознание, мозг и наука. Перевод на русский язык: А. Ф. Грязнов. – М.: Центр гуманитарных технологий, 2013. – URL: https://gtmarket.ru/library/basis/6662[]
  3. https://library.khpg.org/files/docs/1465127459.pdf[]
  4. https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Culture/fuko_bez/index.php[]
  5. Фраза, которую, по преданию, будущий римский император Константин I Великий увидел в небе рядом с крестом перед победоносной битвой с тогдашним правителем Древнего Рима императором Максенцием.[]
  6. Перекличка с лекцией «Христианство и жертвоприношение», тайминг 23:05[]
  7. Цит. по: Книга для чтения по истории Средних веков / Под ред. П. В. Виноградова. М., 1898. Т. 1. – С. 424 и след. Датируется 782-785 гг.[]
  8. См. толкование на 1Тим. 3:2 в видео «Безбрачие епископов»[]
  9. См. толкование на Евангелие от Марка 10 гл. | Брак и развод: https://youtu.be/QdeJ-LufAS0[]
  10. См. ОСК РПЦ § 10.[]
  11. Фри́дрих Даниэ́ль Эрнст Шле́йермахер (нем. Friedrich Daniel Ernst Schleiermacher, † 1834) – немецкий философ, теолог и проповедник. Основатель либеральной протестантской теологии.[]
  12. Вильгельм Дильтей (нем. Wilhelm Dilthey, † 1911) – немецкий историк культуры и философ-идеалист, представитель философии жизни, литературовед, впервые ввёл понятие так называемых наук о духе.[]
  13. Филипп Август Бёк (нем. Philipp August Böckh † 1867) – немецкий филолог-классик и историк-эллинист.[]
  14. Рим. 1-3 гл. | Вячеслав Рубский | 2015 https://youtu.be/G5HJ6usJk2g[]
  15. Ханс-Георг Га́дамер (нем. Hans-Georg Gadamer, † 2002) – немецкий философ, основатель «философской герменевтики».[]
  16. https://youtu.be/G4UBX2GxWmw[]
  17. https://youtu.be/Je3FUxs9p1s[]
  18. https://youtu.be/Rhtp-3tL-W0[]
  19. Го́рдон Уи́ллард О́лпорт (англ. Gordon Willard Allport, † 1967) – американский психолог, разработчик теории черт личности и шкалы описания поведенческого компонента предубеждений.[]
  20. Your higher power may be God or Jesus Christ
    It doesn’t really matter much to me
    Without each other’s help, there ain’t no hope for us
    I’m living in a dream of fantasy, oh yeah, yeah, yeah (Ozzy Osbourne. Dreamer).[]
Подписаться
Уведомить о
2 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Eugen
25 дней назад

Остается непонятным как отличить реальный опыт богообщения от его имитации?

Рубский
Ответить на  Eugen
22 дней назад

У нас нет инструментов, которыми мы могли бы установить это различие.

Оглавление
2
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x