Крещение как инициация

Универсализм и типы обрядов

Откуда у христиан крещение? Крещение есть реализация старого паттерна инициации. У Мирча Элиаде в главе 3 книги «Священное и мирское» есть три подраздела про водное крещение (Структура водного символизма; Образцовая история крещения; Универсальность символов). Он показывает, что весь символизм крещения не является сугубо христианским. Это – универсальный символ.

Французский этнограф Арнольд ван Геннеп († 1957) в книге «Обряды перехода» пытается сделать классификацию: обряды отсоединения, присоединения и перехода.

Обряды отсоединения (отделения) – погребение, отпускание человека, или затопление корабля, сжигание старого дома и так далее. Они призваны рассоединить, растождествить нас с чем-либо.

Обряды присоединения (включения) – брак, обряды, которые включают человека в какое-то сообщество, ламинарные обряды – когда человек получает какую-то религиозную инициацию.

Обряд – фактор социального устройства

Теолог, д.фил.н. Павел Леонидович Зайцев в статье «Структура инициации» (2012) доказывает то, что все обряды инициации имеют одну и ту же структуру. И это говорит о том, что обряды, прежде всего, являются фактором социального устройства.

Таким образом, инициация является элементом системы контролирования всех сфер деятельности человека, в том числе и религиозной. Вот, например, Савл шёл в Дамаск и лично встретил Христа, и там был прекрасный диалог (Деян. 9:3-8; 22:6-11; 26:13-18). И насколько бедным после этого выглядит его крещение у Анании. Да, у Анании он исцелился, т.е. крещению там придана хоть какая-то роль. А если бы Бог его не ослепил, то зачем после встречи с Богом потом идти окунаться, как бы символизируя это? Вот здесь сталкиваются два измерения крещения. Крещение – как внутреннее колоссальное событие встречи Савла со Христом, и крещение – как социальное заявление.

Древние сообщества по необходимости были тоталитарны. Для тоталитарного общества все статусы и изменение ролей должны быть социально заявлены ¹. От рождения до похорон, всё должно быть социально имплементировано. Крещение возможно только в тоталитарном обществе, которое имеет власть тебя принять к себе и власть тебя изгнать от себя.

Сегодня Церковь значительно утеряла тоталитарность, потому она принимает в себя новых членов достаточно безучастно. И если мирянин уходит из Церкви (допустим, становится атеистом), то этого вообще никто не замечает. Почему? Потому что общество (в том числе церковное) перестало быть тоталитарным.

Безусловно, то, что я называю тоталитарной системой, это новая терминология XX века, и мы не можем вполне корректно применять её к Средневековью или Античности. Это некорректно, потому что тогда общество мыслило себя как целостный организм. Тогда и религиозность мыслила себя как социальное заявление: мы все – перед Богом, Бог нас всех благословляет, а если некоторые из нас неправильно Богу молятся, то Бог всех за это может покарать, поэтому мы их должны исправить или от себя отделить (остракизм).

Что касается социального влияния инициации, то этот манипулятивный момент остаётся до сих пор. Это такая нехитрая манипуляция сжигания мостов: воспользовавшись порывом неофита в какой-то период его жизни, мы пытаемся схватить его и маркировать: «ты наш», «ты принадлежишь нашему сообществу (идеологии, религии)». Но человека нельзя редуцировать до одного его действия, настроения, грани, даже если эта грань нам очень нравится. Он не может быть только тем, кем он был пять лет назад, и кем хотел быть, когда крестился. Люди меняются, и попытка запечатать человека («развивайся только в эту сторону») с точки зрения XXI века уже выглядит манипуляцией.

Крещение христиан

Что касается применимости крещения к христианству, это – отдельный вопрос. Дело в том, что Христос довольно лояльно относился к тем, кто не принадлежал к Его социальной идентичности: к самарянам, сирофиникиянам, римлянам, блудникам, мытарям, то есть людям, которые уж точно не принадлежат Его кругу благочестия или даже этнической идентификации. Из этой позиции приятия всех Ему нет смысла каким-то образом ограждать Своё сообщество от других. Потому как сказано у ап. Иоанна, даже членство 12 учеников, которых Он выделил, было свободным делом каждого (Ин. 6:67). Многие слушали Его, потом переставали за Ним ходить.

В то же время в Евангелии есть строки об отделении от остальных в отдельную религиозную формацию. Таким образом, мы имеем двойной посыл о свободе призвания в ученики Христовы.

Важно учесть, что Христос исповедовал не только идею социального равенства, но и внутреннего равенства учеников между собой («среди вас да не будет больший» Мф.20:26). В этом контексте стремление поднять статус отдельных людей над остальными через Крещение или Посвящение непоследовательно. «Вы уже очищены словом, которое Я возвестил вам» (Ин.15:3). Внутренняя иерархия и возвышение над внешними принадлежит уже другой системе мышления.

В призыве «идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасён будет; а кто не будет веровать, осуждён будет» (Мк.16:15-16; Мф.10:14, Мк.6:11, Лк.9:5) мы видим уже другой способ позиционирования себя – как закрытого общества избранных. Этому способу мышления присуще бинарное мышление, тоталитаризм: у нас правильное знание, мы будем судить 12 колен Израиля (12 апостолов) и весь мир (70 апостолов).

Современное церковное мышление является маленьким осколком большого тоталитарного сознания. И, если мы принимаем этот контекст, тогда Крещение, безусловно, является полновесным актом вхождения в иерархию посвящённых, избранных, Божьих.

Крещение Христа

Надо заметить, что крещение Самого Христа в Иордане совершенно выпадает из теологии крещения православных, которые крестятся в покаяние, обещая Богу жить по-новому. Несториане, которых на III Вселенском соборе отвергли, держались той линии, что крещение в Иордане – тот самый момент, когда простой плотник становится Помазанником (Христом), после чего Иисус и начинает действовать.

Но в Высокой христологии ² считается, что Христос безгрешен. Евангелист Иоанн пытается сгладить эту ситуацию: Св. Дух в виде голубя сходит на Иисуса для того, «чтобы Он явлен был Израилю» (Ин.1:31; «чтобы о Нем стало известно Израилю» пер. РБО), а не ради очищения. Собственно говоря, Ему не надо было креститься, и в богослужебных текстах акцентируется недоумение Иоанна Крестителя: как может креститься в покаяние Безгрешный Творец неба и земли?

Пришли к тому, что Христос «освящает воды», и эти воды служат нам к оздоровлению. Ну, такое ЗОЖевское понимание ³ водного крещения. Это – компромиссная версия теологии крещения в сравнении с той, где крещение было началом дарования Иисусу даров Св. Духа. В той версии Его крещение в Иордане являлось обоснованным.

Крещение – проблема смыслов

Современные обоснования крещения откровенно слабы. Если для нас крещение является посвящением в новую пирамидальную структуру – альтернативную старой пирамиде, то мы продолжаем поддержание тоталитарных пирамид. Если же мы снимаем тоталитарную пирамиду с подачи Герберта Маркузе и постструктуралистов, то для нас крещение остаётся уделом людей несамостоятельных, желающих внешнего утверждения своих решений и своего статуса.

У протестантов крещение не находит достаточных оснований, так как и прощение, и благодать ими получены уже до крещения. Остаётся только социальное заявление (см. «Православие — протестантизм. Штрихи полемики», гл. Крещение ⁴). Таким образом, человек хочет завериться о своей духовности подтверждением извне, принимает Крещение, и демонстративное «сжигание мостов» поддерживает его дальнейшую решимость.

Сама Церковь, проповедующая Крещение, выстраивает заборы между людьми, деля людей на крещёных и некрещёных. Если мы считаем, что крещение делает человека качественно иным, то этот забор вреден для духовной жизни.

Зачастую в человеке есть верующий, неверующий, баптист, буддист, дауншифтер, бомж и просто пофигист. Попытка быть верным одной своей стороне – прекрасна, но культивирование одной своей части, пусть даже самой прекрасной, ведёт к тревожному состоянию, когда мы не даём морального позволения другому вести себя иначе.

Как правило, если один человек крестился в пафос «новой твари» и т.п., то тот, кто отказался креститься, вызывает у него естественное раздражение. Он был бы психологически устойчивее, если бы все поступали так, как он. Чужое самоопределение часто колеблет решимость слабого человека.

Итак, инициация – элемент тоталитарной (как бы мы её оценили с конца ХХ века) системы. Попытка застолбить адепта, сжечь за ним мосты, закрыть дверь – нехитрая манипуляция для тех, кто желает внешнего утверждения своего статуса.

В то же время инициация являются вспомогательным элементом («жребий» по Выготскому) естественной человеческой нерешительности, попыткой ощутить стабильность, гарантии и т.п.

Для «взрослого христианства» (Бонхёффер) инициация есть грех редукции человека до одного его акта, пусть даже и хорошего. Человек никогда не идентичен одному своему образу.

Сегодня крещение (как и все другие аспекты церковности) пребывают в определённом эпистемологическом дрейфе, когда значения продолжают декларироваться, но мы сдвинулись, и уже не попадаем в предыдущее значение. В результате не совсем понимаем, зачем человека нужно крестить.

Тут у нас, православных, начинаются противоречия. Мы говорим о том, что Крещением человек входит в Церковь. В то же время говорим, что покаяние – второе крещение. Свт. Феофан Затворник: покаяние «есть второе крещение в слёзной купели» ⁵. Перед исповедью читается молитва «примири и соедини его святей Твоей Церкви», таким образом, крещёный православный перед исповедью опять полагается вне Церкви. «Если есть «соединение», значит, было и «разъединение»? Церковь именно так и мыслит грехи своих членов. В каждом акте греха верующий в этом грехе разъединяется с Церковью. Поскольку человек согрешил — постольку он не составляет её тела». ⁶

Свт. Игнатий Брянчанинов: «При крещении мы рождаемся водою и Духом; при покаянии возрождаемся слезами и Духом» (2,395). Преп. Симеон Новый Богослов: «Ты, Спасителю, хорошо зная это, даровал нам для вторичного очищения покаяние, запечатлев его благодатию Духа, которую впервые мы получаем в Крещении». ⁷

В православии был такой еретик – епископ Донат Нумидийский. От него пошло движение донатистов (IV век). Когда надо было принимать христиан после гонений, он воспротивился, утверждая, что если человек отрёкся, то Дух Святой с ним уже не дружит. Это применялось и к таинствам.

В православных догматических учебниках сохранились оба утверждения: и о том, что благодать не зависит от благочестия участников таинства, и о том, что очень даже зависит. Например, в учебнике «Православное догматическое богословие» читаем: «то или иное действие благодати, преподаваемой в таинствах, спасительное или во осуждение, зависит уже от внутренних расположений принимающих таинства» ⁸. Но «действительность таинств не может быть поставлена в зависимость от личных нравственных качеств» ⁹. Иногда пишут, что нравственным дном во время таинства можно быть только священнику (!).

В православном предании есть святые авторитеты, которые учили, что если ты отвлекался во время таинства Крещения, тот тебя Дух Святой не будет крестить. Даже в Катехизисе свт. Филарета написано: «спасительное действие таинства зависит от нравственного состояния человека». Свт. Феофан Затворник: «в умертвии греху через крещение ничего не бывает механически, а все совершается с участием нравственно-свободных решимостей самого человека». ¹⁰

Таким образом, состоялось ли крещение или нет, оказывается принципиально невыяснимым. Никто из нас не может сказать, крещён он или нет, особенно, если мы имеем дело с детским крещением. Мы не можем достоверно знать, находился ли крещающийся или крещающий в нужной духовной кондиции.

Это, конечно, предельно размывает границы Церкви. Поэтому донатистов мы осудили, а донатизм у себя оставили на всякий случай. Когда нам выгодно, мы говорим как донатисты.

Например, свт. Кирилл Иерусалимский пишет, что: «Хотя Бог и щедр во благотворении; однако же ожидает от каждого нелицемерного произволения. Потому-то апостол присовокупляет: любящим Бога, призванным по Его изволению. Намерение нелицемерное делает тебя призванным. Ибо если ты находишься здесь телом, но не находишься духом; то cиe бесполезно» (Поучение предогласительное, 1). «Если же ты останешься в злом произволении своём; то и проповедующий тебе не виноват будет, а ты не надейся получить благодать. Вода тебя примет, но Дух не примет» (Поучение предогласительное, 4). При этом «Нельзя принимать крещение дважды или трижды… если в первый раз было без пользы, то не поправишь» (Поучение предогласительное, 7). «И если в ком [перед Крещением] сокрыто притворство, то [Бог] отвергает такого человека, как неспособного к истинному воинскому служению. Если же кого находить достойным, тому поспешно даст благодать: Не даёт святыню псам (Мф.7:6), но в ком видит добрую совесть, на том спасительную, чудесную полагает печать» (Огласительное поучение 1,3).

«Он [Дух Святой] испытывает душу; не повергает бисера пред свиньями. Если ты лицемеришь, то человеки крестят тебя ныне, а Дух не крестит тебя. Если же приступаешь с верою, то человеки будут совершать видимое, а Дух Святый сообщит невидимое. Ты в сей один час подвергнешься важному испытанию, избранию в великое воинство: если погубишь время cиe, то невозможно будет исправить тебе зла» (Огласительное поучение 17,36).

Прп. Исидор Пелусиот: «Почему благодать Божия нисходит не на всех? Сначала она испытывает произволение, а потом нисходит. Ибо хотя это и благодать, но изливается она, соизмеряясь с возможностями приемлющих, истекает в зависимости от вместительности представленного сосуда веры», – интересно, какова вместительность веры у месячного младенца?

Прп. Марк Подвижник: «твёрдо верующим Дух Святой даётся тотчас по крещении; неверным же и зловерным и по крещении не даётся». ¹¹

Свт. Григорий Нисский: «Если водное очищение совершится над телом, а душа не отринет страстных нечистот, но жизнь её по просвещении бывает подобна жизни непросвещенной, то хотя бы дерзко было сказать, однако ж выскажу, что в таковых вода остаётся лишь водою». ¹²

Прп. Симеон Новый Богослов рассуждает ещё категоричнее:
«мы все Божественного и неизреченного
Естества соделались причастниками,
Чадами Отца, братиями же Христа,
Крестившись Всесвятым Духом.
Но, конечно, не все мы познали благодать,
Озарение и приобщение, потому что не (все)
Таким образом родились, но это едва
Один из тысячи или десятка тысяч
Познал в таинственном созерцании;
Все же прочие дети – выкидыши,
Не знающие Родившего их.
Ибо как дети, крестившись водою
Или и огнём, совершенно не ощущают (того);
Так и они, будучи мертвы по неверию
И скудны по причине неделания заповедей,
Не знают, что с ними было». ¹³

Таких цитат очень много. Вы меня спро́сите, ну и что с того? Я скажу: это очень важный структурный параметр нашего мышления. В православии IV века донатизм не прошёл, а потом православные его вернули как диалектическую часть. Эту диалектику важно учитывать в вопросе о действенности таинств. Таким же образом апокатастасис, осуждённый в VI веке, вернулся в XX-м.

Дело в том, что немалой части православных стало необходимо размытие границ Церкви, они не хотят чувствовать себя в жёсткой структуре, хочется сделать границы Церкви пунктирными. Поэтому начинают всё больше и больше проникать идеи, вспомогающие этому. И вот, под влиянием либералов мы нашу церковную пирамидку рисуем уже пунктиром и карандашиком, пирамидка тает, и значение крещения тоже вместе с этим сводится к минимуму.

Под градом критики формальной обрядности и проповедей о важности нравственной жизни понятия «крещёный» и «некрещёный» – уже почти условности.

Если вы сожалеете о размывании понятия «Крещение» и хотите чётких религиозных границ инициаций, восстановите сначала тоталитарную систему общества, где безбожник будет порицаем всем обществом, и ему это может стоить даже жизни. Но уже поздно, психологи и либералы давно поставили человека и его переживания в центр религии. Уже не Бог и Его обряды, а человек и его чувства диктуют действительность таинств и границ благодати.

Почему креститься можно только один раз?

В синодальный период очень развилась эта идея о том, что печать Святаго Духа остаётся. У нас полно бандитов, крещённых в детстве. Считается, что у крещёного бандита есть некая духовная «печать», если он когда-то был крёщен, но это – ничто с точки зрения практики. Однако эта метафизическая конструкция сохраняла важность крещения. Что-то непременно должно отличать крещёного от некрещёного, иначе мы теряем параметры церковности.

С одной стороны, граница Церкви существует, потому что крещение не смывается и должно быть только один раз. С другой стороны, всё более популярны антропоцентристские гуманистические идеи типа: если вы друг друга не очень любите, то венчание ничем не поможет; если в Бога не очень веруете, то и крещение вам не поможет; если батюшка был пьян и КГБшник, то оно, конечно, действует, но не 100%.

Почитайте диспут диак. А.Кураева с архим. Р.Карелиным. Это очень значимый диспут, потому что это старая церковная формация борется с новой церковной формацией. Архим. Рафаил Карелин – это старая версия православной пневматологии. Кураев – это уже игра в либеральный антропоцентризм, которая включает в себя некоторое размывание границ Церкви, потому что человек главнее церковных установлений.

Итак, современная церковная инициация существует как атавизм. То же ждёт и обряды свадьбы, но свадьба – всё ещё более мощное социальное заявление, нежели крещение.

1. О тоталитарности см. «Церковь и таинства», «Вера и сомнение»[↩]
2. См. статью «Христология: спасти подвиг Христа»[↩]
3. ЗОЖ – здоровый образ жизни[↩]
4. «Православие — протестантизм. Штрихи полемики», гл. Крещение[↩]
5. Святитель Феофан Затворник. «Письма о вере и жизни». М. 1999г. стр. 222. «Вторым крещением» и «духовным возрождением» его называет и свт. Иннокентий Херсонский (Сочинения. М. 1843г., Т. 11, стр. 470).[↩]
6. Прот. В.Свенцицкий «Диалоги». Диалог 4.[↩]
7. Слова прп. Симеона Нового Богослова. Том 3. Песнь 3 (интернет-ссылка)[↩]
8. Прот. Николай Малиновский. Православное догматическое богословие. Том 4, Пп 141. [↩]
9. Прот. Олег Давыденков. Догматическое богословие. Раздел III, пп.1.2.[↩]
10. Толк. посл. к Рим.[↩]
11. Прп. Марк Подвижник. Нравственно-подвижнические слова.[↩]
12. Свт. Григорий Нисский. Великое Огласительное Слово, гл.26.[↩]
13. Слова прп. Симеона Нового Богослова. Том 3. Гимн 46 (интернет-ссылка)[↩]